— Знаете что? С удовольствием бы оторвала вашу гребанную сумасшедшую башку прямо с вашей долбанной шеи.

Неповрежденная сторона его лица краснеет. Кажется, он собирается ответить, но сдерживается. Он поднимается по лестнице, и она слышит, как за ним закрывается дверь. Нет, не закрывается, а захлопывается. Это ее тоже радует.

Она достает из стакана конверт. Это Ка’Чава. Она слышала о нем, но никогда не пробовала. Наверное, попробует сейчас. Несмотря ни на что, она голодна. Безумно, но это так. Она отрывает верхнюю часть конверта, высыпает его в стакан и добавляет воды из другой бутылки. Помешивает пальцем, думая, что старый болван мог дать бы ей хотя бы ложку. Она пробует и находит его вполне вкусным.

Бонни выпивает половину, затем ставит стакан на закрытую крышку портативного туалета. Она подходит к прутьям. Безумный или нет, но старый профессор — патологический чистюля и аккуратист. На бетонном полу нет ни единого пятнышка грязи. Гаечные ключи развешаны на крючках в порядке убывания. То же самое с отвертками. И три пилы — большая, средняя и маленькая, которая, по ее мнению, называется лобзиком. Плоскогубцы... стамески... рулоны изоленты... и...

Бонни закрывает рот рукой. Она была напугана, теперь она в ужасе. То, что она видит, заставляет ее осознать реальность своего положения: ее заточили в клетку, как крысу, и если не произойдет чуда, живой ей не выбраться.

На крючке рядом с рулонами изоленты, как трофеи, висят ее велосипедный шлем и рюкзак.

1

Холли едет по Ридж-роуд к зоне двухчасовой парковки, опускает окно и закуривает сигарету. Затем она звонит по телефону в дом Харрисов. Отвечает мужчина. Холли называет свое имя и род занятий и спрашивает, может ли она зайти и задать несколько вопросов.

— По электропроводу?

— Прошу прощения?

— Я спросил, по какому поводу, мисс...?

Холли повторяет свое имя и говорит, что ее интересует Кэри Дресслер.

— Я работаю над одним делом, в котором фигурирует имя мистера Дресслера. Я зашла в боулинг-клуб, где он работал...

— "Вышибала", — говорит он нетерпеливо.

— Именно. Я пытаюсь его разыскать. Это связано с серией автомобильных краж. Я не могу раскрывать детали, понимаете, но мне бы хотелось с ним поговорить. Я видела фотографию вашей боулинг-команды с мистером Дресслером и просто подумала, что вы можете быть в курсе, куда он делся. Я уже разговаривала с мистером Клиппардом и мистером Уэлчем, поэтому, поскольку я нахожусь неподалеку, я...

— Дресслер угонял машины?

— Я действительно не могу вдаваться в подробности, мистер Харрис. Вы ведь мистер Харрис, не так ли?

— Профессор Харрис. Думаю, вы можете заглянуть, но не планируйте задерживаться. Я давно не видел мистера Дресслера, и у меня очень много дел.

— Спасибо ва...

Но Харрис уже отсоединился.

2

Родди кладет телефон и поворачивается к Эмили. Ее радикулит немного ослаб, и ей больше не нужна инвалидная коляска, но она пользуется тростью. Ее волосы не помешало бы расчесать, и у Родди появляется нехорошая мысль: она похожа на старую ведьму из сказки.

— Она едет, — говорит он, — но не по поводу девчонки Даль. Ее интересует Дресслер. Так она говорит.

— Ты же в это не веришь, правда?

— Не обязательно, но в этом есть определенный смысл. Она утверждает, что расследует серию автомобильных инцидентов. — Он делает паузу. — Кражи, угон автомобилей. Всё может быть. Я крайне сомневаюсь, что частные детективы работают только над одним делом. Это было бы нерентабельно. — Это правильное слово? Родди решает, что да.

— Она ведет разные дела с участием двух людей, которых мы похитили? Ты веришь в такие совпадения?

— Такое случается. И почему расследование дела Бонни Даль привело бы Гибсон к боулинг-клубу? Эта эльфийка не была боулером.

— Ее зовут Гибни. Холли Гибни. Возможно, мне стоит с ней поговорить, когда она придет.

Родди качает головой.

— Ты не знала Дресслера. Я знал. Она хочет поговорить именно со мной, и я всё улажу.

— Сможешь? — Она смотрит на него испытующим взглядом. — Ты сказал "по электропроводу" вместо "по какому поводу". Ты... Я не совсем знаю, как это сказать, любимый, но...

— Я оговорился. Вот. Я озвучил это за тебя. Ты думала, что я не заметил? Я заметил и буду учитывать это. — Он прикасается к ее щеке.

Она накрывает его руку своей и улыбается.

— Я буду наблюдать сверху.

— Я знаю, что будешь. Люблю тебя, сладкая.

— Я тоже тебя люблю, — говорит она и медленно направляется к лестнице. Ее подъем будет еще медленнее и болезненнее, но она не собирается устанавливать подъемник, как в доме старой суки по соседству. Эм с трудом верится, что Оливия еще жива. И она украла ту талантливую девушку.