Телефон лежал перед ней на столе. Аннабет снова открыла список контактов.

Макс.

В прошлый раз она так и не решилась нажать кнопку вызова. Сейчас выбора было ненамного больше. Она позвонила.

Он ответил быстро.

Одного звука знакомого голоса оказалось достаточно, чтобы напряжение немного ослабло. Макс был тем же — говорил торопливо, когда волновался, задавал слишком много вопросов и даже умудрился раздражающе пошутить, когда Аннабет отказалась сразу сказать, где находится. Она не рассказала про дом Валери подробно, только сказала, что осталась одна и ей нужно встретиться. Макс предложил центральную библиотеку. Место подходило: нейтральная часть города, много людей, открытое пространство. Аннабет согласилась скорее потому, что впервые за последние часы у нее появилась понятная точка, куда можно идти.

Макс ждал возле главного входа. Аннабет заметила его еще с другой стороны площади и неожиданно для себя замедлилась. За последние дни она много раз представляла, какой будет эта встреча: думала о злости, о вопросах, которые должна задать, о том, что не сможет спокойно смотреть на человека, приведшего ее к Аластору. Но перед библиотекой стоял все тот же высокий худой парень в очках, которого она знала большую часть жизни. Коричневый пиджак был расстегнут, волосы растрепались от ветра, а в позе чувствовалось знакомое нетерпение.

Когда Макс увидел ее, он не стал ничего говорить и просто быстро спустился по ступеням. Обнял так естественно, что Аннабет не успела решить, хочет ли этого. Первые секунды она стояла напряженно, потом все-таки ответила. Слишком многое в нем оставалось прежним: запах одежды, привычный жест рукой на спине, даже то, как неудобно ей приходилось задирать подбородок из-за его роста. На несколько мгновений это почти вернуло ту жизнь, которая существовала до Башни, до Фатаны и до всего, что произошло потом.

Внутри библиотеки они выбрали стол на втором этаже, подальше от лестницы. Аннабет специально села так, чтобы видеть проход и часть зала. Рядом работали люди, перелистывались страницы, тихо гудели компьютеры, несколько студентов шептались над учебниками. Все выглядело слишком обычным для разговора, который им предстоял.

Парень не пытался оправдываться долго. На прямой вопрос Аннабет ответил, что не знал о намерении Аластора убить ее. Он действительно считал, что архимаг собирается только проверить связь с кулоном и провести несколько магических процедур, после которых она придет в себя. Когда понял, что происходит, было уже поздно. Аннабет помнила это сама. Помнила, как Макс нарушил часть защитного плетения и попытался сорвать ритуал. Поэтому она не стала заставлять его повторять то, что уже знала. Гораздо труднее было вслух произнести другое: что она действительно умерла.

После этих слов Макс заметно побледнел, и какое-то время они оба молчали. Аннабет не стала рассказывать о встрече с Фатаной после смерти, о золотых глазах и силе внутри себя. Слишком многое все еще не хотелось доверять никому, даже ему. Но о двух частях заклинания рассказала. Достала переписанный Валери текст и положила перед Максом. Оригинал части ведьм она сохранила у себя, ведь другу она больше не доверяла.

Он долго изучал лист, возвращался к одним и тем же строкам, несколько раз проводил пальцем по отдельным местам, словно мысленно собирая структуру. В этот момент Аннабет особенно отчетливо увидела прежнего Макса — того самого, который мог часами копаться в книгах, пока не находил нужную закономерность. Он не удивился самой идее трех частей. Скорее наоборот: после недолгого изучения сказал, что иначе такая конструкция и не могла работать. Если Договор заключали три стороны, каждая должна была удерживать собственный фрагмент.

Аннабет не стала спрашивать, откуда он так быстро это понял. Это был Макс. В подобных вещах он всегда разбирался быстрее нее.

Гораздо важнее оказалось другое. Он уже встречал упоминание о похожей печати в старом каталоге музейного архива. Несколько лет назад часть коллекции семьи Грейв передали в Музей древностей Ньюворна, и Макс помогал разбирать документы для Аластора. Среди описаний попадался материал о первых десятилетиях после заключения Договора и какой-то рукописи, связанной с печатью трех народов. Тогда он не придал этому значения.

Теперь придал.

Аннабет сразу насторожило упоминание семьи Грейв, но Макс не пытался убедить ее, что нужное заклинание точно там. Он говорил только о возможности проверить. Это звучало разумно. Музей находился не в Башне, туда приходили обычные люди, а сам Макс имел доступ к части закрытого архива. После нескольких минут размышлений Аннабет согласилась.

По дороге к музею Аннабет несколько раз ловила себя на том, что смотрит по сторонам в поисках Кая.

Это раздражало, особенно потому, что она сама не хотела признавать, насколько ждет его появления.

Максу она об этом не сказала. Музей древностей стоял в старой части центра. Темное каменное здание с высокими окнами заметно отличалось от современных стеклянных фасадов вокруг. До закрытия оставалось около часа, посетителей внутри было немного. Макс показал удостоверение женщине за стойкой, та узнала его и пропустила без лишних вопросов.

Первые залы ничем не отличались от обычного музея. За стеклом лежали монеты, украшения, оружие, остатки посуды, старые документы. На стенах висели карты Ньюворна разных времен. Аннабет задержалась возле одной из них, удивившись, насколько иначе выглядел город раньше. Макс спокойно объяснил, что карта создана уже после Договора, указал на изменившееся русло реки и несколько старых кварталов. Разговор получился таким привычным, что на несколько минут напряжение снова ослабло.