Private-Bookers
Путь убийцы
вернуться

Керл Дж. М.

Шрифт:

Я не смогу уснуть этой ночью, даже если бы захотела.

Вандер сидел у стены, подтянув колени, и рассеянно поглаживал большим пальцем тыльную сторону сцепленных замком ладоней. Его растрепанные темные волосы спадали на лоб. Казалось, он находился где-то очень далеко, пока уставился в окно. О чем он размышлял? Уйти или рассказать всё Командиру, как и угрожал? У меня всё сжалось внутри от обеих этих перспектив.

Наш путь обратно в комнату прошел в полном молчании. Без Джейды, служившей буфером перед правдой, которая перевернула мой мир, я чувствовала себя неуверенно.

Не в том, причинит ли он мне вред, а в нашем будущем здесь. Теперь я считала его судьбу и свою неразрывно сплетенными.

Было ли это видением Мьюриэл? Я не знала. Я была в смятении, но не настолько, чтобы оно сжирало меня изнутри. Мне оказалось почти слишком легко принять решение не убивать его.

Я схватила подушку, положила ее на колени и сжала, собираясь с духом, чтобы заговорить:

— Могу я задать тебе несколько вопросов?

Его взгляд перетек на меня, и в моей груди потеплело:

— Пожалуйста. — В его голосе звучала настороженность.

— Тебе тяжело находиться рядом с людьми и дукаями?

— Иногда.

— Может, ты не можешь ответить, но как работает заклинание дэйуокера?

Он приподнял форму ассасина и слегка приспустил штаны на левом бедре. Серебристая татуировка в виде руны или символа, которого я никогда прежде не видела, была вытатуирована на его коже в нескольких дюймах ниже пояса. Она была размером с мой большой палец, но вдвое уже; изогнутые линии пересекались в нескольких местах и закручивались на концах. Мерцающие серебряные чернила, казалось, переливались внутри узора.

— Если вампиры увидят это, они поймут, как это повторить?

— У всех старых дэйуокеров в Ноктурнусе есть такая, так что нет. Если честно, я и сам не знаю, как она это сделала. Я ничего не помню, кроме того, как пришел к ней и попросил о помощи. Всё, что было после, стерто. На следующий день я проснулся в своей комнате в панике от того, как там оказался, и нашел записку, в которой говорилось просто: «Улыбнись сегодня солнцу».

— Ты совсем ничего не помнишь о том, как… — Я попыталась произнести имя Джейды и внезапно поняла, что не могу выдать ни звука. Язык будто мгновенно отнялся. — Мы вообще не можем произносить ее имя?

Он покачал головой.

Любопытно.

Чем меньше я об этом знала, тем лучше.

— Как тебе удается сохранять самообладание, когда вокруг кровь? Ты зашил мою руку и даже не поморщился.

Он сглотнул и откинул голову назад на стену, обнажая горло:

— Зашивать твою руку было непросто, но я сталкиваюсь с этим достаточно часто, так что привык. Куда тяжелее, когда я испытываю жажду, поэтому я стараюсь до этого не доводить. Ты когда-нибудь оставалась без еды или воды на несколько дней? Бывала ли ты настолько голодна, что съела бы то, что обычно вызывает у тебя омерзение?

Я покачала головой. Бывали времена зимой, когда с едой было туго, но наши запасы никогда не истощались полностью. Я знала, что такое голод, но не знала, что такое истощение. К тому же из-за ручья неподалеку у нас всегда была вода.

— Сначала это просто саднящая боль в горле. Затем потребность становится сильнее, и приходит взвинченность. Подожди еще немного — и начнутся галлюцинации. Человеку мерещится вода там, где ее нет. Он готов пить собственную мочу. Достаточно изголодавшиеся люди доходили до каннибализма. Выживание становится важнее разума. — Он опустил подбородок, поравняв свой взгляд с моим, и моя кожа покрылась мурашками. — А теперь представь это, усиленное в сто… в тысячу раз. Представь, что то, что способно утолить твой голод и жажду, находится прямо перед тобой. Ты слышишь, как она течет по венам, ты можешь коснуться нежной кожи над ними, а стук сердца начинает звучать как песня сирены. Ты начинаешь искать оправдания, почему должен взять ее. Тебе это нужно, чтобы выжить. Ты обязан это получить. Это превращается в безумие.

Я сжала подушку еще сильнее; мышцы в животе напряглись.

— Первое время я пытался не пить кровь. Я не хотел. Сама эта мысль вызывала у меня отвращение. Но именно тогда я и оказался в тех темных тюремных камерах, разрывая тех людей. Какая-то часть меня оставалась достаточно разумной, чтобы не убивать кого попало. И тогда я пошел к своей подруге. Прошло всего несколько дней, а я уже терял контроль над собой.

— Значит, она встречалась с тобой каждые несколько дней, чтобы давать свою кровь на протяжении двух лет? Должно быть, она очень хорошая подруга. — Я снова задумалась о том, что она к нему чувствует. Это была настоящая преданность.

Он изогнул бровь:

— Она мне как семья. Иногда я всё ещё хожу в тюремные камеры, потому что чувствую, что пользуюсь её добротой. Мне не нравится использовать её ради крови. Я ненавижу то, что ей приходится причинять себе боль, пусть даже у нее есть магия для исцеления. — Он вздохнул. — Раньше она приносила мне несколько бутылок про запас, но как только тебя прикрепили ко мне, я больше не мог рисковать: ты могла их найти. Поэтому наши встречи стали частыми. Пока я получаю кровь достаточно регулярно, находиться рядом с ней — лишь небольшое неудобство. Когда ты плотно поужинал, твой любимый десерт всё ещё соблазнителен, но ты вполне можешь от него отказаться.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 112
  • 113
  • 114
  • 115
  • 116
  • 117
  • 118
  • 119
  • 120
  • 121
  • 122
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка