Шрифт:
Я выронила меч. Он со звоном упал на пол, и я спрятала лицо в ладонях. Мое тело сотрясалось от рыданий.
— Я не могу убить тебя, Вандер.
Он не хотел быть вампиром. Это сделали с ним против его воли. Но это не должно было иметь значения. Ассасинам всё равно.
Но он был из ЛОА. Он всё еще исполнял свой долг и убивал вампиров. Он был здесь, а не с ними.
— Это то, что делают ассасины. Если бы Селин или Тэйвина укусили, ты бы убила их. Ты обязана! Слабых ассасинов не бывает. Теперь ты знаешь, кто я.
Я подняла лицо. Всё мое тело дрожало. Даже зная, кто он такой, даже когда это стояло у меня прямо перед глазами, я не могла. Мысль о том, что он умрет от моей руки или от чьей-либо еще, была невыносимой. Будь он остервенелым монстром, забивающим людей, которые мне дороги, всё было бы иначе. Но это был Вандер — благородный, заботливый и справедливый.
— Я не сделаю этого.
— Почему? — прорычал он.
— Я не такая, как ты! Ты мне дорог куда больше, чем ЛОА. Мне плевать на эти чертовы правила. — Это было неразумно, это было неправильно, но даже знание того, кто он, не меняло моих чувств. Даже если это ложь, и он шпион вампиров — во что я не верила всем сердцем, — я не могла. Я бы просто дала ему уйти.
Он полностью замер:
— Ты не понимаешь, что говоришь. Дело даже не в ЛОА, дело в твоем инстинкте самосохранения. Человека, которым ты меня считала, не существует. Я не твой наставник-дукай. Я твой враг. Я вампир. А теперь делай то, что, блять, должна сделать.
Это было неправдой. Он не был таким, как они. Будь он таким, он бы разгуливал снаружи и убивал ради крови. Будь он как другие вампиры, он держал бы ту красивую женщину на цепи ради ее крови. А она добровольно наливала ему стакан из своей вены, пока они мило беседовали. Она явно могла уйти в любой момент, когда захочет. И она была магом. Если бы она хотела его убить, она бы смогла.
— Если ты мой враг, почему ты еще не выпустил мне кишки ради моей крови? Они ведь именно так и поступают, верно? Ты сам говорил, что они не такие, как мы, и все же вот он ты. — Я сделала шаг к нему, и на этот раз отступил уже он.
— Они не такие, как мы. Вампиры — это всё то, что я о них говорил, и всё то, что ты о них знаешь.
— Но ты другой.
— Я в ЛОА, и буду здесь, пока мое сердце не остановится. Но пусть даже против моей воли, я — враг. Мне все еще нужна кровь, чтобы жить, и я ее пью. Я жажду ее. Я жажду твоей крови. Ты должна меня бояться.
Мое дыхание участилось:
— Но ты не взял мою кровь. Я знаю, что ты этого не сделаешь. — У него были тысячи шансов. Он мог с легкостью убить меня в лесу два года назад, когда увидел. Он мог сделать это во время любого из наших выходов и свалить всё на другого вампира.
Его руки были сжаты в кулаки по бокам, но взгляд смягчился. Я выигрывала этот спор.
— А что, если в один день монстр победит? Я боюсь этого каждый божий день.
— Не победит. Прошло уже больше двух лет, и ты никого не убил ради крови… ведь так?
Он сделал долгий медленный вдох и сжал губы.
— Убил? — Я со стыдом поняла, что даже это не изменит моего решения. Даже если командир Эйс войдет в библиотеку прямо сейчас и прикажет мне казнить его, я не сделаю этого.
Он провел ладонью по лицу и застонал:
— Сейчас у меня больше контроля, но в самом начале мне это было необходимо. Я ходил в тюрьмы и убивал плохих людей, Эйсира. Людей, которые совершали ужасные вещи, но я все равно убивал их ради их крови.
Это было вполне в его духе.
— Значит, ты тот самый человек, которым я тебя считала, даже будучи вампиром. Ты защищаешь невиновных и уничтожаешь зло. Ты все тот же Вандер, которого я всегда знала.
— Но это не так. Это ложь. Неужели ты не понимаешь?
Слезы снова подступили к глазам:
— Ты бы убил меня, если бы мы поменялись ролями?
Жвачные мышцы на его челюсти дернулись, и он отвел взгляд.
— Убил бы? — потребовала я ответа. — Ты говорил, что не колеблясь прикончил бы меня, если бы меня укусили.
Он повернулся обратно:
— Я соврал.
— Значит, не убил бы.
— Даже если мы убьем Биста, чтобы сохранить этот секрет, это лишь вопрос времени, когда кто-то еще узнает, и меня казнят, как и должны. — Он посмотрел сверху вниз на Биста. — Было бы неправильно лишать его жизни ради сохранения моей тайны. Есть только одна причина лишить жизни члена ЛОА — это если ты становишься тем, кто я есть. Я и так переступил слишком много черт, я не могу сделать этого. Это сделает меня ничем не лучше вампиров в Ноктурнусе. Как бы я жил с собой после такого? Я и сейчас-то с трудом оправдываю свое существование.