Шрифт:
Если честно, я был готов. Может быть, потом, в процессе истязаний, я бы отказался от своих слов, но сейчас я был готов уничтожить эту тварь. Но время… у меня его не было. Прямо сейчас, пока мы тащим Рашида в темницу, где-то там штурмуют мои земли. Мои крепости. А учитывая, что все доступные миньоны сейчас тут, картина и вовсе вырисовывается страшная…
Поглощённый мрачными мыслями, я и не заметил, как мы оказались на месте. Тагиров бессознательно кричал, бился в конвульсиях всё сильнее. Веки его дёргались так, словно глаза под ними выписывали неведомый танец. Едва он только пересёк порог камеры, бледность с его лица начала стремительно уходить. Казалось, он вот-вот очнётся.
— Быстрее! — нервничал Герман. — Быстрее!
Мы едва успели затащить тело в камеру, а Герман, деловито орудуя кандалами, заковать пленника в цепи, как наш пленник очнулся.
Оглядел нас яростным взглядом. Затем скользнул глазами на оковы. Усмехнулся.
— Так кто вы такие? — ещё раз спросил он.
Вопрос остался без ответа. Герман только деловито стучал молотком по кандалам, проверяя надёжность креплений.
— Сколько вам заплатили?! Я заплачу втрое больше, клянусь вам! — не услышав ответа, продолжал бывший «бог».
Я в ответ только усмехнулся.
Ситуация, конечно, с точки зрения возмездия весьма справедливая — мучитель в своей же пыточной. Но вопрос остаётся открытым — что делать дальше?
Герман уставился на меня, и в глазах его был точно такой же немой вопрос.
Тагиров растолковал нашу паузу правильно.
— Вы что, не знаете, как вам быть? — Он расхохотался. — Ну заперли вы меня, ну и что? Неужели вы думаете, что меня не проверит кто-то в реале? Да даже пары дней не пройдёт, как я выйду отсюда. А когда вернусь, расклад будет уже совсем другой. Поверьте мне, лучше вам освободить меня прямо сейчас, рассказать, кто вас послал, и, быть может, тогда я не стану вас убивать… Правда, это не касается тебя, маленькая тварь! — Глаза Тагирова сошлись на бесшумно появившейся в дверном проёме камеры девушке. — Ты пожалеешь. Всё, через что ты прошла, покажется тебе раем… Я…
— Может быть, — звонко перебила его девушка, откинув волосы назад. — Но сейчас моё время… Вы не знаете, что с ним делать? Ну пока вы решаете, дайте мне… — Она замолчала на полуслове, решительно шагнула вперёд, расталкивая нас.
Мы посторонились. Девушка распахнула створки спрятанного в стене шкафа, открывая вид на огромный набор пыточных инструментов.
— Хм… С чего бы начать… — милым и оттого вдвойне более пугающим голосом произнесла она. — Может быть… с этого? — Она достала из шкафа ножик со странного вида изогнутым лезвием.
Тагиров закричал.
Потом опять. Крик перешёл на визг. Он визжал, как резаная свинья, стонал, хрипел, надрываясь и срывая голос.
Мы не мешали, уступив место профессионалу, похоже, имевшему очень большой опыт и попробовавшему всё «изнутри». Она знала, где и как сделать больно, потому что так делали ей.
Девушка не останавливалась ни на мгновение. На её красивом лице блуждала сумасшедшая улыбка. Она развела жаровню. Залила в рот Тагирову какие-то специальные капли, после которых он стал кричать в три раза сильнее… Брала с полки инструмент за инструментом.
В какой-то момент он затих. Крик оборвался, и Рашид безвольно повис на цепях, не реагируя на пытки.
— Что с ним? Потерял сознание от боли?
— Не должен был. В этой камере такое невозможно. Специально сделана, — ответил Герман.
— Тогда что?
Герман прищурился, внимательно разглядывая Тагирова. Я понял, что он что-то проверяет, анализирует через доступный только ему специальный интерфейс.
— Похоже, он… умер.
— В каком смысле? — Я указал на полную полоску здоровья.
— Нет. Ты не понял. Он умер в реальном мире. От боли. Разрыв сердца или тромб. Не знаю. В игре-то персонаж остался, вот только им уже никто не управляет. Исчез бы при очередном рестарте, будь это в нормальном Этернуме…
— А тут?
— А тут не знаю. Да и плевать.
— Но как его жертвы всё выдерживали, а он помер на первых полчаса?
Герман пожал плечами, отвернувшись.
Я понял, что он что-то умалчивает. Ладно. Плевать.
— И что делать дальше?
— Дальше? Я бы рекомендовал тебе поскорее возвращаться. Твоё подземелье под угрозой, как ты помнишь. Особенно если учесть, что все защитники сейчас здесь, с тобой.
— А как нам вернуться? Опять пройти по лабиринту? Нас проведёт Алёна?
— Нет. — качнул головой Герман. — Есть путь короче. Более прямой. Ты же призвал Обелиск Мёртвых, верно? Теперь войдите в него и вернитесь туда, откуда пришли сюда твои миньоны.
— И что будет с этим миром? — спросил я, перед тем как шагнуть в зеркало портала.
— А ничего. — Герман пожал плечами. — Ты же соединил этот мир со своим. Теперь это твои владения. Отрази атаку на своё подземелье, возвращайся и обживай их. Я уверен, тут есть чем разжиться…