Шрифт:
Ардан спустил подножку и оставил «Буревестник» на громадной, почти бескрайней парковке. Когда он впервые посетил знаменитый почти на всю страну Блошиный Рынок Тенда, то здесь еще не положили асфальт, а трамваи останавливались прямо в дорожной пыли бывшего мануфактурного квартала.
Когда-то давно, вместо бесчисленных торговых ларьков, самодельных палаток, небольших лавочек из кирпича, но чаще дерева, и целых озер разложенных прямо на земле тряпок с товарами, тут поднимались черепичные крыши мануфактур. Затем, после первой индустриальной революции, пространства для предприятий стало мало, и зарождавшиеся фабрики начали свой переезд на более просторные и свободные участки.
Затем, когда старый мануфактурный район оказался почти полностью заброшен, то его снесли, планируя построить тут новые доходные дома. Но началась Фатийская резня, брожения в стране, угроза новой интервенции (ведь никто еще не знал, что эта война окажется совсем краткосрочной), так что Казна перенаправила выделенный для застройки бюджет на другие цели.
Но, как это часто бывает, пустая земля, особенно в черте такого города, как Метрополия, долго без дела не стоит. И вот буквально как грибы после дождя, прямо на глазах возник стихийный рынок. Сейчас его, конечно, обнесли забором, но только ради того, чтобы он не разрастался и дальше.
Забрав из кофра свернутый кожаный рюкзак, Ардан закинул тот на спину и, пересчитав наличные деньги в бумажнике (если на Блошином в Тенде кому-то протянуть чек, то на тебя посмотрят, как на идиота), с улыбкой на лице зашагал на уже почти родной рынок. Проще было перечислить, что из того, что он носил на теле или использовал, включая инструменты, а порой и какие-то комплектующие для Конюшен, включая мебель, он здесь не купил, чем то, что именно тут и приобрел.
Вместе с галдящей, самой разношерстной (порой, в случае гоблинов и орков, даже в прямом смысле) толпой, он прошел через ворота и тут же погрузился в круговорот Блошиного Рынка. Все вокруг кишело людьми, Первородными и, разумеется, гремело от выкриков, иногда почти комедийного, но изредка даже агрессивного торга.
Покупатели обивали пороги редких лавок, где слева и справа, прямо из специально прорубленных окон, выдавали заказы тем, кто занял очередь на улице. И прямо рядом, буквально впритык, на разложенной на земле циновке могли продавать часы «Линири Ирика» всегда за полтора экса. Поддельные, разумеется. Точно так же, как рядом с ними лежала поддельная ручка с бриллиантовым колпачком, пером из платины и корпусом из белого золота. Арди не помнил, что за компания производила подобное уже даже не пишущее устройство, а ювелирное изделие, но стоило оно явно не два экса и тридцать два ксо. И, при этом, напротив, через местную «улицу», кишащую пальто и, изредка, плащами магов, могли продавать абсолютно достойные накопители вплоть до Синей звезды, с уценкой по отношению к Рынку Заклинаний и индивидуальных лавок, не входящих в число принадлежащих Рынку.
В этом весь Блошиный Рынок. Грубо говоря, как если бы кто-то взял Неспящую Улицу, помножил ту на бесконечность, а затем прибавил бы к перечню товаров… да, в общем-то, все, что только может прийти на ум. Существовала даже теория, что сама Неспящая Улица появилась только потому, что Первородных стали пускать на Блошиный только лет тридцать тому назад. До этого сегрегация не позволяла им приходить сюда. Что, разумеется, не останавливало торговцев от желания заработать на эксах Первородных, так что они и помогли в создании Неспящей.
— Как я тебе продам набор валовых подшипников для двигателя Швенлика за экс и сорок, если на производстве они уже полгода, как два десять стоят!
— Да быть того не может! Я три года назад за экс двадцать брал!
— Ну вот вернись на три года назад, и покупай! А у меня два семьдесят теперь!
— Александр… да я дешевле найду!
— Вперед. Удачи!
Ардан, свернув с главной аллеи, где, в основном, продавали еду (что весьма логично — примерно пятая часть визитеров приходили сюда за овощами, мясом, и всем прочим, что относилось к съестному), пошел по техническим улицам. Пункт назначения, к которому он стремился, находился в юго-восточной части Блошиного и, чтобы попасть на него, приходилось преодолеть линии развалов всего, что жужжало, искрило или могло использоваться в промышленности.
— О! Ард! — замахал рукой из-за крытого тентом прилавка господин в заплатанном пальто, серых перчатках с отрезанными пальцами и с запахом мазута, прочно засевшего в его бороде. — Как обновки? Подошли?
— Господин Пифин, — Ардан остановился, протиснулся сквозь толпу и пожал руку продавцу. — Да, стало получше. В заторах больше не летят в лицо собственные выхлопы.
Несколько недель тому назад Арди приобрел здесь, всего за четыре экса (сторговался с четырех сорока), два металлических кожуха, которые приладил на «Буревестник», чтобы удлинить выхлопную систему и больше не дышать на светофорах и перед регулировщиками черным дымом.
— Вот и отлично! Что-то еще посмотреть хотите? — господин Пифин обвел руками свое добро. У него лежали в основном различного рода кожухи, гофры, всякие оплетки самого разного изоляционного качества и все прочее, что могло использоваться в схожих целях. Господин Пифин изготавливал их, вместе со своими сыновьями, самостоятельно, но проигрывал все растущим и растущим фабрикам и заводам. — Есть новые шланги топливных систем, совместимых с «Дерксами» и «Швенликами» вплоть до поколения десятилетней давности. И несколько вариантов для генераторов, но там надо по каталогу смотреть. Про цену спрашивайте.