— Когда это ты заделался экспертом по шпане? — изогнул бровь Милар.

— В юности, в Ральске, между сезонами охоты, приходилось подрабатывать, Милар. Ну а еще, по какой-то непонятной причине, подмастерье охотника задирает куда меньше юбок, чем безбашенный мелкий задира с рынка.

— Дин, — процедил Урский.

— Молчу, Александр. Просто делюсь опытом.

Урский закончил с бинтом, вышел на середину матов и кивнул Арду. Вблизи Александр выглядел ниже на полторы головы и шире едва ли не вдвое. При этом стоял он так же открыто, как шкаф или какая-нибудь опорная колонна. Никакой жесткой или специальной стойки. Александр даже руки вниз расслабленно опустил. Казалось бы — открытая книга. Бей куда придется и все равно попадешь, просто потому, что противник не успеет поднять защиту.

— Давай уж, — поторопил он.

— Точно?

— Мне за это лишнюю монету не платят, Ард. Давай к делу.

Ардан выдохнул, ссутулился, как его учили уже несколько дней, и размашисто ударил, заводя руку откуда-то с плеча. Урский даже не сместился. Просто подставил предплечье, толкнул, и Арди, споткнувшись о собственные ноги, повалился на маты, картинно взмахнув руками.

В зале стало тихо. Даже Дин перестал жевать.

— Все еще не очень достоверно, — вынес вердикт Урский.

— Почему?

— По всему. Локти не прижимай и инерцию не гаси, — Александр показал пальцем. — Уже только по одному этому видно, что тебя много лет учили падать, — он помолчал, подбирая слова, и махнул рукой. — Так на улице не делают.

— Александр прав, — со знанием дела подтвердил Дин. — Я бы за такое падение больше двух долек не дал. Знающий тут же тебя раскусит.

— Еще раз, — потребовал Урский. — Теперь я бью.

Александр обошел Арда по кругу, оглядывая и прицениваясь едва ли не как ковбой на лошадином аукционе.

— Стойку попроще. Ты драться кулаками собираешься, так что сожми их, а не растопыривай пальцы. Ты должен бить, а не хватать. Плечи вниз. Еще ниже. Ард, Вечные Ангелы! Не переигрывай! Ты бывшая шпана, а не дегенерат, так что подбородок спрячь. Даже уличные сошки знают, что если поймать в бороду, то есть шанс уже больше не очнуться. Не так. Теперь слишком сильно скрываешь. Никто так не скручивается, если их не учили. Просто левый кулак ближе к подбородку… Во! Так и держи! Большой палец куда! Ногтевой фалангой накрываешь не указательный со средним, а только указательный.

— Так запястье же можно…

— Ард! — отрезал Урский. — Ты, все-таки, по легенде, маг с намеком на Говорящего, так что если и дрался, то пару раз всего. И огребал так, что с тех пор с посохом даже облегчиться ходишь.

— Александр, это было почти красноречиво! — восхитился Дин. — Запиши куда-нибудь!

Дальше началось то, что Ардан впоследствии, в разговоре с Тесс, дипломатично назвал «продуктивным занятием». Урский бил вполсилы, почти даже аккуратно, что с его силой и опытом, помноженными на невозможность Ардом пользоваться наукой лесных друзей, означало, что маты встречали юношу чаще, чем хотелось бы, а пол в подвале оказался ближе к небу, чем принято думать.

Тело, застигнутое врасплох, раз за разом пыталось спасаться привычными приемами. Развернуть корпус по-медвежьи, поймать конечность в тиски, и выломать суставы; уйти рысьим нырком и вытянуть когти барса, чтобы полоснуть по открывшейся на миг плоти.

Каждую такую попытку приходилось душить еще в зародыше, давя знакомый мышечный спазм. Чем-то все это напоминало то, как Арди боролся с привычкой чесать затылок посохом. И, пожалуй, от этой борьбы с собой Ардан уставал больше, чем от ударов.

А над всем этим, не смолкая ни на мгновение, Дин примерял на себя роль новых комментаторов с Арены.

— Ард, работай ногами! Хуже работай! Медленнее! — орал Дин с подоконника. — У шпаны нет представления о том, как правильно двигаться! Александр, красавец, покажи молодежи, за что тебе платят! Ард, вставай… Да не прыжком! Ты представляешь, чтобы шпана с плеч на два метра взлетала?! Давай, парень, побольше абсолютного непонимания, чем отличается тренированный боец от уличного доходяги, я на тебя дольку поставил! Александр, аккуратнее с его смазливым лицом, нам его еще Тесс сдавать по описи! Ард, ну кто так закрывается, закрывайся хуже, ты же маргинал уличный, а не матабар с Алькады! Александр, дыши, тебе нельзя волноваться!

— Дин, — не оборачиваясь, прорычал Урский и коротким тычком отправил Арда на маты в уже-никто-и-не-помнил-какой-по-счету-раз.

— Молчу, Александр! Болею молча! — Дин помолчал ровно полторы секунды. — А-арди-и, подъе-ем, я внес аванса дольками еще на три раунда!

Между вторым и третьим заходами объявили водопой. Ардан сидел на матах, восстанавливая дыхание по науке Гуты, и слушал, как за его спиной Милар с Дином вполголоса делят несуществующий тотализатор.

— Ставлю тридцать ксо, что сегодня у него получится, — говорил Дин.