Шрифт:
– Подумаю.
Гараж решил, что я согласился.
За последнюю неделю у нас вообще многое дошло до состояния «работает». Главным пунктом был «Урал».
Я собрал двигатель окончательно, заменил старые шланги, выправил несколько деталей и перевёл питание на спирт. Первый запуск занял почти час, потому что мелкие проблемы полезли одна за другой. На втором запуске мотор уже держал обороты. На третьем я проехал по деревне и вернулся своим ходом.
На следующий день я съездил до грибного круга, а позже повторил поездку.
Мотоцикл трясся и шумел, а временами требовал внимания. Но свою работу он делал.
Спиртовое топливо тоже пришлось подбирать по смеси, поэтому два вечера я потратил на настройку. Результат меня устраивал.
А Система решила, что этого достаточно для награды.
«Восстановлен сложный предмет: мотоцикл 'Урал».
Опыт начислен.
Внимание. Получен 11 уровень.
Получено очков навыка: 1.
(Старое железо снова ездит. Значит, хранили не зря.)'
Вот с последней строчкой я был согласен полностью. Заодно своей награды дождался Гараж.
За неделю в нём разгружали добычу со склада грильфов и ремонтировали мотоцикл. Обычная работа и трофеи тоже никуда не делись. Так что в один из вечеров книга сообщила, что Владение достигло седьмого уровня.
Гараж после этого минут десять перечислял свои заслуги.
Я слушал краем уха. Когда человек получает повышение, ему иногда надо дать выговориться. Даже если это не совсем человек. В конце концов, как говорится в одном известном фильме, у всех свои недостатки.
Булыч, тем временем, тоже добрался до четвёртого уровня. С ним всё было понятнее. Пёс охранял деревню, следил за птицами, сопровождал Соню и первым реагировал на любую возню у ограды. После сегодняшней гонки я начал подозревать, что Система учитывает ещё и общий пробег.
Страусы за эту неделю тоже изменились. Они продолжали расти, хотя уже медленнее. Большинство взрослых птиц теперь уверенно возили лёгких всадников. Стахановец и ещё несколько крупных особей спокойно тянули телеги.
Правда, Мишу верхом мы пока не сажали. Тут я предпочитал не проверять пределы ни птицы, ни собственного здравомыслия. Пока что, оно мне подсказывало, что страусов надо пожалеть.
Хотя, не исключено, что Стахановец, возможно однажды вполне справится даже с такой задачей.
Дорога к грибнице теперь занимала гораздо меньше времени. Рельсы до домашнего круга уже были проложены, и на той стороне вагонетки ходили почти постоянно. За неделю мы вывезли основную часть полезных запасов со склада грильфов. Остались тяжёлые механизмы и непонятные устройства.
Усилий тоже без дела не сидел и всю неделю перерабатывал грильфский лом. К выходному дню у нас прибавилось несколько бухт хорошей металлической нити и один механический паук, глубоко разочарованный качеством древней промышленности.
На каждую вторую железку он отвечал долгим «пи» и разводил лапами. Я уже научился различать оттенки.
Один означал «можно работать». Вторым Усилий спрашивал, кто вообще делал эту деталь. А при третьем лучше было просто промолчать и отойти подальше, потому что после него паук начинал сердито переставлять железки сам.
Металл мы сложили отдельными штабелями возле нового общего склада. Проволоку развесили внутри. Стеклянные трубки Эля забрала под личный надзор и заставила сделать для них деревянный ящик с мягкой подкладкой.
В общем, грильфский склад всё ещё оставался отличной находкой, но пора было искать дальше. Мы уже обсуждали новую вылазку через центральную грибницу. Хотелось найти другие полезные места. Отдельной целью был выход поближе к людям.
Ещё хотелось найти земли с полезными растениями. С огородами дело тоже шло хорошо.
На этой неделе Соня позволила выкопать первую картошку. Решение принимала именно она. Но никто на её звание главного агронома и не претендовал. Учитывая, как хорошо она справлялась.
Часть клубней сразу ушла обратно в запас на посадку.
Глафира пыталась отстоять их для кухни. Соня не уступила ни одного.
Кухарка получила достаточно остального урожая и быстро успокоилась. В тот же вечер у нас появилась нормальная картошка с птицей, а не очередная попытка сделать ужин из того, что случайно выросло первым.
У остальных тоже дел было по горло.
Вольдемар, например, потихоньку переквалифицировался в зельевара, точнее, в нашем случае, спиртовара. А Изольда всерьёз занялась отделкой шкур. А также периодически уговаривала Усилия сплести для неё нить из разных материалов, потому что Оскар сумел смастерить для неё прялку, и теперь она очень хотела наладить у нас в деревне швейное дело.