Дальше берется нить, складывается вдвое, потом еще раз вдвое, и так, пока не соберется пучок. Сгибы срезаешь, пучок в отверстие вставляешь, расклиниваешь щепочкой, и повторяешь это пару десятков раз. Возня кропотливая, Сурик подавал нити и щепочки, я вставлял и расклинивал, и в итоге собралась первая щетка, густота на загляденье.

Подклеил ее к магистральному кабелю, и щетинки слабо заискрились. На дворе уже плотные сумерки, такие световые эффекты видно.

Вторая щетка далась легче, рука набилась, и подключили мы ее ко второму, пока свободному кабелю. Собранный агрегат я продемонстрировал Сурику торжественно, с поворотом.

— Как-то так оно будет выглядеть.

— А пользоваться как? — Сурик потянулся к щетинкам пальцем и тут же отдернул руку, искорки его все-таки цапнули.

— Просто подставляешь, и всё… Наверное. Не уверен, — почесал я в затылке.

Хотя в целом-то должно работать, поток Основы по кабелю идет мощный, я его чувствую ладонью, на выходе дури как в трех практиках наберется, гранитный голем маленьким товарищем не был. Щетку я выбрал не для красоты, стенка у кирпича может быть неровной, а так Основа зайдет сразу во всю толщу равномерно, и сама выберет, каким путем идти. А идти проще всего по каналам и узлам, вот они и подсветятся.

— Ну что, пробовать? — хмыкнул я, и Сурик умчался лепить тестовую заготовку.

Принес он ее бегом, но на пенек уложил плавно, обеими ладонями, и настал момент подключения. С одной стороны приложили щетку, с другой подвели вторую, замерли и… и не произошло ничего. Посидели, посмотрели на этот натюрморт, подумали.

— А я даже почти не расстроился, — первым отмер Сурик. — Оно ж так даже интереснее, когда не с первого раза получается! Ну что, будем думать, как решать?

— Будем думать, — вздохнул я.

Мысленно добавил, что примерно этого и ожидал, сам же себе и проговаривал, что нужен расход Основы. Выходной кабель должен не просто принимать, он должен втягивать, а для этого на дальнем его конце обязан сидеть потребитель, и чем этот потребитель мощнее, тем больше шансов на успех.

Огляделся я по сторонам, и выяснилось, что из мощных потребителей в наличии ровным счетом ничего. Горн отпадает сразу, он у нас на самообеспечении, Основу себе вырабатывает сам, пока внутри горит особый уголек, и в чужой не нуждается. Под навесом смотреть не на что, там только Сурик и мужики. Бетономешалка живет силой воды, и Основа ей по боку. Правда, бетонные блоки напитывать было бы полезно, зарубочку на будущее я себе поставил.

Наткнулся взглядом на недокопанную яму под грибную ферму и слегка удивился, вроде рабочий день окончен, а лопаты там всё мелькают. Впрочем, чему тут удивляться, за яму объявлена вполне осязаемая сумма, и деньги мужики получат, только когда она будет готова целиком и проверена, мной или Улем, это уж кто первый доберется.

Вот когда размеры сойдутся с разметкой, тогда и рассчитаемся за все человекодни разом, а судя по сегодняшним темпам, каждый запишет себе дня по два, а то и по три. Пожилой ревизор с жердью и в потемках не угомонился, бродит по краю ямы и тыкает древком всюду, где ему мерещится недокоп.

В какой-то момент со стороны пруда щелкнуло, и я навострил уши. Опаньки, волосянка же… Пруд у нас скучать не умеет, нет-нет да щелкнет храповик, мужики накручивают волоски потихоньку, смена там дежурит даже ночью. С кормежкой у нее в последнее время беда, кидают ей в основном объедки со всей деревни, а ведь животинка особая, ей и питание положено особое.

По идее, самым большим потребителем у меня станет грибная ферма, только ключевое слово тут «станет», а не «есть». Грибы мы пока не нашли, ферма не готова, после ямы предстоит еще залить бетон и оформить крышу, чтобы внутри стояла темнота и сырость, грибу такое по вкусу. Следом натаскаем мешками перегной из гнилоходовой ямы, удобрение лучшее, Эдвин просто так в следах этого монстра ковыряться бы не стал.

Ну и как там говорил Вельт, грибы эти жадно жрут Основу, зато растут на ней в десятки раз быстрее и скорее всего сами ею насыщаются. Дай грибу еду и Основу сверху, и урожай пойдет ежедневно тоннами. Получается, от этого магистрального кабеля мы запитаем целое производство еды. Безвкусной, правда, но для вкуса у нас есть козинаки, так я окрестил свои брикетики из жмыха.

— На, кстати, попробуй, — достал я сверток, который так и не доехал до Кейна, и выудил один из неудачных экземпляров, угол у него еще на формовке отвалился, продавать такое стыдно, а на дегустацию в самый раз.

Сурик взял, откусил самый краешек, замер и остальное спешно спрятал в кулак.

— А можно я домой отнесу? Маме попробовать?

— Да это пожалуйста, — пожал я плечами. — Если она еще и подскажет, как сделать получше, вообще замечательно выйдет.

На этом я про угощение забыл, а Сурик бережно завернул его в тряпочку и упрятал за пазуху. Из-под навеса ко всей этой процедуре принюхивалась Тележка, но подниматься сочла лишним, у свинок поздним вечером режим.

— Ладно, давай попробуем, — кивнул я в сторону пруда. — Как раз стемнело.