Шрифт:
Остальные тоже начали улыбаться.
Только Эльса продолжала смотреть в траву.
Длоран откинулся назад, опираясь ладонями о землю, и покосился на Саюю.
Харан рассмеялся первым. Остальные подхватили.
В их смехе звучало столько искренней радости за меня, что пришлось сглотнуть подступивший к горлу ком. Они только что узнали о собственной гибели, исчезновении, предательстве и столетиях чужого одиночества. И всё равно радовались одному: в будущем я не остался совсем один.
Через некоторое время я больше не услышу их смех… И от этого на душе стало немного пусто.
Только здесь, среди них, мне не требуется быть будущим императором, главой Рода или человеком, который собирается объединить мир. Здесь я снова стал обычным Асшелем Вайторлом. Странником, воином, тем, кто когда-то искал тайны.
— Ух, как же я зол! — Ларн снова хлопнул себя по колену, продолжая улыбаться. — Как же я зол, что не могу увидеть твой Род собственными глазами! Хочу посмотреть на каждого, кто идёт за тобой! Проверить, не слишком ли ты их запугал, и рассказать им всё, что старательно скрываешь о собственной юности!
Он подался вперёд.
— А дети? Дети у тебя есть? Как старший брат, я уже могу считать себя дядей или ты и здесь умудрился всё отложить на потом??!
В круге снова раздался смех. Но почти каждый при этом поглядывал на Эльсу.
Я тоже посмотрел на неё.
Говорить становилось неприятно. Не из-за стыда за настоящее. Из-за понимания, что сидящая рядом девушка не та Эльса, которая в будущем.
— Да, — всё же ответил я. — У меня есть дочь. Зовут Вика.
Подняв ладонь над травой, показал примерный рост.
— Пока примерно такая. Та ещё егоза. Правда, у меня она научилась в основном плохому…
— Бедная девочка, — вздохнул Длоран. — Ей срочно нужен нормальный дядя.
Смех прокатился по кругу ещё раз, однако быстро стих.
Щит над поляной застонал.
Одна из чёрных трещин раскрылась шире, и сквозь неё внутрь просунулась многосуставчатая лапа. Кларисса не глядя подняла два пальца. Тонкая линия пересекла конечность, отсекая её у самого купола, а обрубок шлёпнулся в траву и ещё несколько секунд скрёб землю когтями.
Харан обернулся через плечо.
— Что ж. Полагаю, времени у нас остаётся немного…
Он снова посмотрел на меня, и веселье уступило место собранности.
— Предлагаю раскрыть Шелю всё, что каждый из нас когда-либо скрывал. Все тайники, контакты, обещания, старые долги и имена людей, которым ещё можно доверять. А заодно поможем найти тех, чьи судьбы он не подтвердил.
Все согласно кивнули.
Даже Эльса, всё ещё поджавшая губы.
Харан начал первым.
Он перечислил людей, которым доверял безоговорочно, назвал старые убежища. Затем отдельно попросил найти нескольких Альвов и людей, с которыми его связывали давние долги.
— Не требуй от них клятвы, — добавил он, став серьёзным. — Просто назови моё имя и скажи, что ты мой брат. Впрочем… Они знают. Просто найди их.
Следующим заговорил Длоран.
Он передал места тайников. Потом назвал людей, которых считал верными, и тех, кому нельзя доверять даже под печатью правды.
Саюя перебила его лишь однажды, услышав одно из имён, однако тут же замолчала, когда Длоран посмотрел прямо на неё.
Потом пришла её очередь.
Она перечислила тех, кто внутри её Рода никогда не поддерживал решение отца, объяснила, как связаться с ними в обход старших, и оставила несколько просьб для людей, которые в моём настоящем ещё могли оставаться живыми.
Орда и Фартор говорили вместе. Они восстановили предполагаемые маршруты, по которым собирались искать Врата, назвали точки последних стоянок и условные знаки, оставляемые только друг для друга. Я запоминал каждую деталь, понимая, что теперь хотя бы знаю, с чего начинать поиски.
Кларисса раскрыла меньше остальных, но каждое её слово весило больше десятка чужих признаний. Она назвала тех, кому доверяла, и предупредила, к кому нельзя обращаться ни при каких обстоятельствах.
— Они могут предложить помощь, — произнесла она ровно. — А затем возьмут плату не с тебя. С тех, кого ты пытаешься спасти. Поэтому даже не думай соглашаться, пока не узнаешь все условия.
Ларн оставил имена старых союзников, способы подтвердить свою личность и сведения, которые могли помочь в поиске пропавших.
Каждый доверил мне самое сокровенное. Скрытые долги. Настоящие имена. Страхи, которые никогда не выносились за пределы собственного сознания. Людей, за которых они просили, и тех, от кого советовали держаться подальше.
Часть этих сведений устарела на несколько столетий. Часть наверняка уже ничего не изменит.
Однако даже один живой человек, найденный благодаря этому разговору, сделает последние минуты друзей не напрасными.