– - Да, мы очень интересуемся достопримечательностями. Для нас все, знаете ли, внове.

Портье был в явном затруднении, не зная, как разговаривать с этим восторженным провинциалом, который, однако, держал дистанцию и вел себя более чем уверенно. Но упускать инициативу было нельзя. Всякий уважающий себя портье должен уметь не только замечать существенные мелочи, но и игнорировать вещи, которые мешают добросовестному исполнению профессиональных обязанностей.

– - Отличные экскурсии устраивает фирма "Наследие янки", -- сообщил служитель, доставая стопку рекламных буклетов.
– - Вы сможете посетить и Национальную галерею, и Смитсоновский институт, и...

– - Белый дом, -- подсказал Старик, заглядывая в какую-то бумажку.

– - Ну, это несколько сложнее, -- улыбнулся портье.
– - Туда туристические группы больше не пускают. Соображения безопасности.

– - Да я бы с группой и не пошел, -- утешил его Старик.
– - Один схожу. Ну, может быть, с другом.

– - Для этого необходимо особое приглашение. Старик внушительно сказал на это:

– - Ни от кого никогда не ждал приглашения, а теперь переучиваться уже поздно.

– - Вас никогда никуда не приглашали?

– - Никогда. Мне возносили молитвы, меня умоляли, мне приносили жертвы, даже всесожжения -- в давние времена, -- но приглашений я не получал ни разу.

В этот момент внимание портье привлек еще один старик, застрявший с чемоданами меж вращающихся входных дверей. Чемоданы были преотвратные, пластмассовые. Старикашка же выглядел так: черные буйные патлы, зловеще обрамляющие лицо; физиономия разительно контрастировала с фарфоровой румяностью первого долгожителя -- жуткая, вся какая-то мятая и искореженная, в глубоченных морщинах, прямо не лицо, а застывшая маска отчаяния; черные глаза, казалось, вобрали весь мрак и ужас мироздания, с подрагивающих век то и дело сбегали слезы, теряясь в бороздах пергаментных щек.

– - Mon Dieu, -- пробормотал портье, наблюдая за схваткой старичка с дверями.
– - Он старше самого Господа Бога.

– - Нет, мы примерно одного возраста, -- возразил Старик.

– - Бертолини! Анвар!
– - позвал портье.

Двое привратников были так увлечены впечатляющей картиной, что лишь теперь вспомнили о своих обязанностях и стремглав бросились выручать страдальца. Чемоданы у него оказались подозрительно легкими.

Неровной походкой старикашка приблизился к стойке.

– - Ну наконец-то, -- недовольно пробурчал Старик.

– - В каком смысле "наконец-то"?
– - огрызнулся вновь прибывший.

– - Я тут стою, жду, болтаю о всякой ерунде. Ты же знаешь, как это меня утомляет. Откуда чемоданы?

– - Украл. Ты ведь не думал, что я стану их покупать? Да и денег у меня не было.

– - Ваше имя?
– - вмешался портье, делая вид, что разговор приятелей его совершенно не интересует.

– - Смит, -- быстро ответил за своего товарища Старик.

Не поднимая глаз от регистрационной книги, портье едко заметил:

– - Постояльца, который регистрируется под фамилией "Смит", обычно сопровождает "миссис Смит".

Этот комментарий Старика явно озадачил, а у его напарника вызвал недовольную гримасу.

– - В данном случае никакой миссис Смит нет, -- промямлил Старик.
– - Брак, знаете ли, дело хлопотное, столько всяких сложностей, обязательств.

– - Это ты виноват! Ты вообще во всем виноват!
– - выкрикнул мистер Смит, и влага из его глаз брызнула во все стороны -- будто лошадь фыркнула.
– - Если б не ты, я тихо-мирно жил бы в кругу семьи и горя бы не знал!

– - Ну хватит!
– - гаркнул на него Старик, да так свирепо и зычно, что немногочисленные постояльцы, по воле случая оказавшиеся в эту минуту неподалеку, ринулись врассыпную.

– - Номера пятьсот семнадцатый и пятьсот восемнадцатый!
– - заорал портье что было сил, но по сравнению с величественным басом Старика его голосок прозвучал жидковато. Однако служителя это обстоятельство ничуть не обескуражило -- в гостиничном бизнесе приходится обходиться тем, что есть. Тут главное -- уметь закрывать глаза на кое-какие вещи, но клиента в любом случае надо видеть насквозь.

– - И заберите свои деньги, пожалуйста.

– - Пусть полежат у вас.

– - Нет уж, лучше заберите, -- проявил мужество портье. Старик отщипнул от горки несколько купюр.

– - Остальное вам -- за труды.

– - Остальное мне?
– - недрогнувшим голосом переспросил служитель.

– - Вам. Как вы думаете, сколько там? Просто любопытно. Портье покосился на банкноты.

– - Думаю, от четырех до пяти тысяч.

– - Вот как. Вы счастливы? Я ведь не знаю цены деньгам.

– - Вижу, сэр. Отвечая на ваш вопрос, счастлив я или нет, скажу: не первое и не второе. Я -- гостиничный работник. Если передумаете по поводу денег...