Известно, что единственными местами, где всегда есть источник с чистой водой, являются вышеупомянутые Шпили, состоящих из трех башен, конструкция и назначение которых остаются загадкой. Их происхождение скрыто возрастом и отсутствием доказательств, за исключением необычных статуй, выстроившихся у их входов, как стражи. Большинство, но не все, этих статуй изображает людей с головами животных и телами людей или айвуров. Поэты пре-имперской эпохи причудливо называли эти статуи «Лишенными» и утверждали, что это благородные воины, стоящие вечно на страже, чтобы злые короли-колдуны былых времен никогда не вернулись.

Дороги ведьм часто проходят в пределах полудня или меньше пути к Шпилям, но никогда не проходят прямо рядом с ними, и дороги никогда не включают в себя Шпили, как Привалы включают в себя Храмы Сердца.

Я верю, что есть какая-то закономерность, если только суметь ее прочесть.

Я попросила Внутреннюю Палату предоставить мне финансирование, разрешения на поездки и полный доступ к геодезическим картам, чтобы продолжить мое расследование любой возможной связи между Шпилями, Храмами Сердца и дорогами ведьм, а также того, что они могут рассказать о пре-имперских временах и имеет ли их существование какое-либо отношение к страшной Пелене, которая сейчас так докучает империи.

Дважды получив отказ, я прошу в третий раз. Глупо полагать, что мы знаем все, что нам нужно знать.

Из дневника теургистки Лувиары, работающей под присягой Внутренней Палаты Храма Сердца.

Дальнее Пограничное Бдение стояло на южном берегу Дальней Пограничной Пелены, отмечая северную границу Империи Спокойствия и, как говорили люди, конец обитаемого мира. На вершине Башни Бдения Элен и ее племянник стояли в круглой смотровой комнате этажом ниже маяка, который раньше светил днем и ночью.

Стоя бок о бок, они смотрели на север через одно из смотровых окон. Пелена, как огромный пласт низко стелющегося тумана, простиралась на север, насколько хватало глаз, а также на восток и запад, подобно морю или проливу. Если ли бы, конечно, это море было смертоносным туманом, который убивал бы при соприкосновении.

Кем вздохнул и оглянулся на открытую дверь, ведущую на лестницу. Они были одни, пока.

— Я, пожалуй, пойду. Предполагается, что я должен ухаживать за лошадьми.

— Что? — с улыбкой спросила Элен. — Ты не получил разрешения у капитана Симо подняться наверх?

Он приподнял брови, напомнив ей обо всех тех выходках, в которые он и его большой друг Йоф ввязывались в детстве. «Я не должен был быть здесь, но мне пришлось прокрасться и проведать тебя. После всего, что ты рассказала мне прошлой ночью, я беспокоился о тебе. Что же касается принца...» Он замолчал.

Призрак ушел. У нее заныло в груди от тоски по нему. От знания, что его уход в Пелену был единственным выбором, который он мог сделать. И все же, за столь короткое время, проведенное вместе, она привыкла к тому, что видит его каждый день, к непринужденной грации его присутствия рядом с ней.

Наблюдая за ней, Кем нахмурился и уже собрался заговорить, когда отдаленный гул напряженных голосов привлек их внимание и прервал глубокие раздумья Элен.

— Да, принц, — сухо согласилась она. — Будет лучше, если он не узнает, что мы с тобой разговаривали. По крайней мере, пока. Каким бы неприятным он ни был, он не дурак. Он догадается, что я тебе все рассказала. А теперь уходи, чтобы Его Возвышенное Высочество не застал тебя здесь.

— Да, это, и лошади. Ну, и выяснить, что здесь произошло на Бдении. Почему оно брошено. Куда подевался гарнизон! — С этими словами Кем отступил на шаг, долговязый семнадцатилетний юноша, который все увереннее открывал для себя свое место в мире.

Внезапно он повернулся и крепко обнял ее.

— Я так испугался за тебя.

— Я тоже люблю тебя, Кем, — сказала она со смехом, хотя от его слов у нее стало легче на сердце. После смерти Ао два года назад и ухода призрака прошлой ночью, она так боялась потерять и его, боялась, что он навсегда отвернется от нее. И все же он стоял здесь.

Он фыркнул, отпуская ее. «Похоже, нам придется помучить друг друга еще какое-то время», — сказал он с кривой усмешкой, которая придала озорной блеск его глазам. Бросив последний взгляд на молчаливую Пелену, он направился к двери. Там он задержался, чтобы бросить на нее еще один озабоченный взгляд, затем поспешил скрыться из виду, спускаясь по лестнице.

Она подумала о том, чтобы последовать за ним, но куда ей было идти? Она была в большой беде, это было очевидно. Она и Кем оказались в ловушке обстоятельств, которые привели их сюда, в Дальнее Пограничное Бдение, на окраину империи. Но Элен и раньше приходилось переживать неприятные ситуации. Инстинкты подсказывали ей не убегать, пока нет. Потерпеть еще немного. Она должна была защитить Кема от гнева принца, больше всего на свете. Но, кроме того, тайна пропавшего гарнизона и неизвестная причина безрассудного путешествия принца из центра страны в этот отдаленный аванпост были загадкой, которую она хотела разгадать. Как только окажется возможным, будет лучше всего отказаться от любых дел, которые могли связать ее с дворцом. Она была никем, простым провинциальным курьером, мелким чиновником в огромной бюрократической системе, управляемой Императрицей Магнолией. Мякиной, которую размолотят в пыль и отбросят механизмы Империи Спокойствия.