Но, в конце концов, она была не только мякиной.

К сожалению, принц знал об этом.

Она пересекла комнату и посмотрела вниз, во двор, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кем выскользнул из нижнего дверного проема, сбежал по пандусу, пробежал по мостовой и исчез в конюшнях, по-видимому, никем не замеченный.

Шум голосов внизу прекратился. Она поспешно вернулась к стулу, стоявшему в центре комнаты. Она сидела именно там, где принц оставил ее, когда капитан Симо подошел к нему и сказал, что Лувиара желает поговорить с ним по очень срочному делу.

В дальнейшем благополучие Элен и Кема зависело от того, насколько умело Эл справится с принцем Гевулином. В ее сердце зашевелилась гадюка, почуяв беду или благоприятную возможность. Она могла убить принца, и Его Высочество знал об этом. Но, если он умрет, то и Кем умрет от руки капитана. Так что принц крепко держал ее. Чтобы защитить Кема, ей придется охранять Гевулина.

Принц появился в дверях и задержался на пороге, чтобы окинуть комнату пристальным взглядом, словно ожидая обнаружить там кого-то еще.

Элен вспомнила, как впервые увидела его, когда он и его свита неожиданно прибыли в Привал Орледдер. Любая бы сказала, что он симпатичный, с приятными симметричными чертами лица, глазами цвета ивовых листьев, привлекательным ртом и хорошо тренированным телом. Его длинные черные волосы были красиво заплетены, по несколько прядей, в косы и собраны сзади в хвост, который шел от макушки вниз мухобойкой. Изысканные драгоценные камни украшали косы с неброским великолепием. Его табард стража сидел на нем безупречно благодаря превосходному крою. В отличие от обычных табардов других стражей, на воротнике и подоле из прочной ткани цвета индиго были вышиты крошечные стилизованные глазки, символизирующие его титул всевидящего ока, принца-стража Имперского Ордена Стражей.

И все же, несмотря на его приятную внешность, ее не тянуло к нему так, как тянуло к призраку, когда тот обладал тем же телом.

— Вы знали о жалобе Лувиары и не сочли нужным предупредить меня? — спросил он высокомерным тоном. Сурово нахмуренный лоб, казалось, был его обычным выражением лица, порожденным презрительным взглядом на мир, который еще не вознаградил его в соответствии с его усилиями, мастерством и блеском в тепличных условиях дворца, где принцы безжалостно боролись за статус и чины.

— Жалоба достопочтенной Лувиары? — Она старалась говорить невинным тоном, как приучала себя годами, чтобы на нее не обращали внимания, как на незначительную личность: не на что здесь смотреть, двигайся дальше.

Он нахмурился еще сильнее.

— Я наблюдал за вами в течение нескольких дней глазами незваного гостя. Я знаю, как вы разговаривали с ним и с теми, кому не доверяли — по-другому, совсем не так, как вы привыкли говорить с ним. Вы точно знаете, о чем я говорю.

Он закрыл дверь и пересек комнату, чтобы встать перед ней. Учитывая, что она сидела, а он стоял, вооруженный кнутом и мечом из очищение-стали, его поза ставила ее в невыгодное положение. Как он и намеревался.

Однако первое, что она заметила теперь, когда он стоял так близко, это то, что его прекрасные ботинки были грязными и изношенными после долгого путешествия. Она удивилась, что никто из стражей не почистил их прошлой ночью. Возможно, слишком много всего произошло. И в обязанности стражей не входило заботиться о персоне принца. Возможно, они даже не заметили этого. Это была задача слуги, Фулмо, а он еще не пришел.

Тем не менее, ей так не нравилось видеть хорошие ботинки нечищенными, что она подумала о том, чтобы вызваться почистить и отполировать их самой, но тут же отказалась от этой мысли. Чтобы выжить, ей пришлось твердо придерживаться своего статуса помощницы-курьера. Даже этот скромный ранг давал ей небольшую степень автономии и четкий перечень обязанностей, которые она должна была выполнять в рамках великой имперской бюрократии.

— Ну? — требовательно спросил он. — Что вы можете сказать по этому поводу?

Было глупо провоцировать его, но инстинкты подсказывали ей, что в тот момент, когда она уступит, он ее раздавит.

— Ваше Высочество, поскольку я не присутствовала при вашем разговоре с достопочтенной Лувиарой, вам придется проинформировать меня о том, что произошло.

Он вытащил хлыст из петли на поясе.

— Это что, какая-то игра, в которую вы играете, не так ли? Притворяетесь ничего не знающей, когда все прекрасно знаете. Лувиара хочет знать, почему я не рассказал ей о мертвом грифоне и мертвой разведчице, которых мы обнаружили у Рва Писгиа. Той самой разведчице, которую я послал вперед, чтобы сообщить интенданту Орледдера о моем путешествии. Однако разведчица так и не добрался до Привала Орледдер. Кто-то убил ее и зверя, обоих.