На щите большими жирными буквами было написано: «Подай заявку сегодня и стань одним из лучших сыщиков Холлоуклиффа». И под этой надписью следовало: «Полиция Таградиана. Вместе мы сильнее».

Гордость переполнила Меру. Это плохо сочеталось с желанием закатить глаза.

Она была рада, что сотрудничество между районами достигло рекордного уровня, но нежелательное внимание утомляло. Даже сейчас, когда они проносились по небу, некоторые люди доставали телефоны и фотографировали их с восхищением и любопытством на лицах.

Голос профессора Каррентера эхом раздался в её голове: «Маленькие действия могут иметь огромные последствия, рыбка».

У нее перехватило дыхание. Как же она хотела бы снова поговорить с ним…

— Твоя тоска по ним причиняет такую боль, — тихо произнёс Баст.

Похоже, она не так хорошо скрывала от него свои чувства, как думала.

Мера подняла голову, собираясь сказать напарнику, чтобы он не лез не в своё дело, и потеряла дар речи от красоты Себастьяна Дея. Пряди цвета лунного света дико развевались на ветру, очерчивая острые линии скул и квадратную челюсть. Его синий взгляд соперничал с небом над головой, а внимание его было приковано к преступнику. Но в Басте было больше, чем просто красивая — нет, сногсшибательная — внешность. Он всегда рядом с ней, несмотря ни на что, и понимал её так, как иногда не могла понять она сама себя. После всего, через что они прошли, фейри наконец пробивал её твёрдую броню, и скоро…

«Сосредоточься на бегущем маньяке!» — одёрнула она себя.

«Нет, вид отсюда гораздо лучше», — ответила её сирена.

С трудом опустив взгляд вниз, Мера заметила, что человек в капюшоне свернул в улочку, ведущую к десятому району.

— Отлично, — проворчала она себе под нос.

Известный также как Свалка, десятый район состоял из заброшенных складов ещё с индустриальной эпохи. Он тянулся вдоль реки Тигрис, могучей водной артерии, которая прорезала Клиффтаун, впадая в океан в нескольких милях отсюда.

Близко расположенные склады и река мешали ловить преступников, но настоящая опасность десятого района заключалась в старом подземелье. Его обширная сеть заброшенных туннелей превращала Свалку в идеальное убежище для беглецов.

Размах крыльев Баста не помещался в узкой улочке, поэтому он поднялся выше, преследуя преступника над крышами зданий.

Мера мельком видела человека в капюшоне. Каждый раз, когда он проходил под бетонным навесом, она гадала, войдёт ли он в здание или продолжит путь. Чем ближе строения подходили к линии воды в конце улицы, тем выше были шансы, что в них есть входы в старое подземелье.

— Мы его потеряем!

— Халле. Тебя сейчас вырвет.

— Что?

Резкая сила дёрнула её сзади, окутывая бесконечной тьмой.

Мера парила в ночном небе, дрейфуя мимо звёзд, мерцающих вдалеке. Она не могла отличить верх от низа, и желудок скрутило от внезапной невесомости. Её каштановые локоны плавали вокруг неё, а ледяной холод кусал за пальцы.

Это напоминало падение и одновременно отсутствие падения, зависание между двумя разными мирами. Если бы Баст не держал её крепко, она могла бы уплыть в бескрайний мрак.

Впереди тьму прорезала щель, сквозь которую виднелся индустриальный городской пейзаж. Мера проскользнула через щель, чуть не содрав кожу.

В голове кружилось, когда она рухнула на твёрдую землю.

— Святые… — Она согнулась и выблевала свой обед.

Мера никогда не просеивалась, и чтоб её, если она когда-нибудь сделает это снова. Летать было намного лучше, не говоря уже о том, что её никогда не тошнило во время полётов.

— Как ты просеялся сюда? — пролепетала она, вытирая рот рукавом чёрной кожаной куртки. — Ты никогда не был в районе Свалки.

— Я вытащил местоположение из твоего разума. Полагаю, наша связь глубже, чем мы думали. — Он цокнул языком. — Фухст ах, он свернул. Держись.

Баст схватил её за плечо, и, не успела Мера опомниться, как снова провалилась в бесконечное ничто, желудок ухнул куда-то вниз. Это длилось мгновение, и затем они оказались на пустой парковке.

— Проклятие, Баст!

Перед глазами всё поплыло, и Мера подумала, что её снова вырвет. Однако на этот раз она сдержалась, вероятно, потому что после первого раза желудок был уже пуст.

Ее шатало, но удалось устоять на ногах. Повернувшись к своему напарнику, она увидела, что Баст согнулся, опираясь о колени и тяжело дыша.

— Баст?

— Я в порядке, — заверил он прерывистым голосом.

Он просеивал их два раза подряд, и это истощило его силы, особенно для того, кто недавно научился этому трюку. Его брат Корвус мог просеивать несколько раз подряд, прежде чем почувствовать слабость, но магия Баста работала иначе.

Мера подошла ближе, оценивая его состояние.