— Ты уверен?

Он кивнул и указал на что-то впереди.

Огромная парковка, покрытая трещинами и сорняками, простиралась перед ними, а в глубине виднелся заброшенный склад. Неподалёку от них плеть тьмы, словно удав, обвилась вокруг мужчины, за которым они гнались. Верёвка из ночи и звёзд тянулась к ногам Баста.

Офигеть. Даже почти опустошив свои силы просеиванием, он использовал свою магию, чтобы поймать нежить.

Мера похлопала его по плечу.

— Дальше я справлюсь, напарник. — Достав один из двух пистолетов из двойной кобуры под курткой, она прицелилась в голову парня.

Тьма Баста отступила к его телу.

Мужчина стоял неподвижно, его глаза светились лаймово-зелёным, а лицо все еще было скрыто под капюшоном.

Возможно, Баст прав и ублюдок был магом-отступником. От кристаллов фейри глаза наркоманов так не светятся.

— Ты выбрал неподходящий день, чтобы нарушать закон, придурок, — крикнула Мера. — Ты арестован. Подними руки.

Медленно тот подчинился.

Преступник был в ужасном состоянии. В очень ужасном состоянии. Серая кожа на его руках местами слезала, обнажая под ней гниющую плоть.

Этот тип умудрился уйти от них — что было невероятно сложно, учитывая, что Баст умел летать — и даже не запыхался. Как кто-то в таком состоянии мог так бегать?

Он, вероятно, рухнет замертво, как только магия, которая подпитывала его, рассеется.

Мера приблизилась, но не слишком близко. Инстинкт бил тревогу, подсказывая, что что-то не так.

— Вы имеете право хранить молчание, — продолжила она. — Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Ложитесь на землю. Руки за спину.

Из-под капюшона раздалось шипение.

— Сэр, — предупредила Мера. — Я не промахиваюсь даже с такого расстояния.

— Я не сэр, — возразил он, его голос звучал как шёпот ветра.

Когда он поднял голову, капюшон упал, открывая серую, пятнистую кожу, свисающую со щёк и лба, а также две тёмные щели там, где должен был быть нос. Его скальп усеивали клочья чёрных волос, а зубы были коричневыми и гнилыми.

— Он мёртв, — констатировал очевидное Баст из-за её спины, его дыхание всё ещё оставалось ужасно прерывистым.

Проклятие.

Мера никогда раньше не видела ходячего мертвеца.

Джим Брансон из седьмого участка в Ликаннии однажды рассказал ей, что в молодости поймал одного. Он выглядел потрясённым, когда рассказывал эту историю, хотя с того происшествия прошло почти двадцать лет.

«Та девушка была голой костью, с которой свисали лохмотья плоти, — эхом раздавался в памяти Меры его голос. — Дряхлая тварь со светящимися фиолетовыми глазами и злобным криком в горле, который исходил не от её трупа. Нет, детектив Мореа, — Джим сглотнул. — Крики шли от её души».

Мера ненавидела нежить. Ненавидела саму концепцию, ненавидела фильмы о них, ненавидела их всей душой.

Мёртвый мужчина ухмыльнулся, едва не разорвав плоть на своих щеках. Словно он каким-то образом узнал её.

— Хозяин, ты уверен?

С кем он разговаривал?

Ярко-зелёные глаза мерзавца, вероятно, соответствовали сущности ведьмы или колдуна, который вернул его к жизни.

Ага. Видимо, он разговаривает с некромантом.

— Мера, отойди, — прохрипел Баст. — Он может тебя заразить.

Может ли?

Джим потерял свой пистолет, когда сцепился с той женщиной-нежитью. Ходячий труп укусил его, но Джим был в порядке.

Похоже, не все ходячие мертвецы созданы одинаковыми.

Может он ее заразить или нет, но из-за простой возможности существования заразной нежити имелся приказ на уничтожение, как и против сирен и некромантов.

— Напомнить, что железная пуля убьет тебя по-настоящему? — Мера старалась говорить спокойно, хотя от его вида у нее волосы на затылке вставали дыбом. — Падай на землю. Немедленно!

Мужчина тихо усмехнулся, словно услышал хорошую шутку.

— Ты посадишь ходячего мертвеца в свою тюрьму?

— Возможно.

— Мы оба знаем, что не посадишь. У нежити нет прав. — Он взглянул назад, в сторону реки, затем повернулся к ней. — Передай Морган, что я хотел, чтобы мы были вместе. Поэтому я укусил её.

— Думаю, твоей жертве плевать на твои оправдания. Ты откусил половину её лица, придурок.

— Ты права. — Он вздохнул по привычке, хотя в его лёгких не могло быть воздуха. — Всё может закончиться только одним способом.