В ставку сюда не пришел совещаться, - ко мне постоянно

Для совещаний идут посидеть, - таков уж обычай!

Если из них кто тебя средь ночной темноты здесь увидит,

Все он тотчас сообщит Агамемнону, сыну Атрея:

655 Может выйти тогда задержка с выдачей тела.

Вот что, однако, скажи, и скажи мне вполне откровенно:

Сколько ты дней хоронить многосветлого Гектора хочешь?

Столько я дней от боев удержусь, удержу и ахейцев".

Старец Приам боговидный на это ответил Пелиду:

660 "Если ты хочешь, чтоб мог я свершить погребение сына,

Радость великую мне бы доставил ты, сделавши вот как:

В городе заперты мы, как ты знаешь; возить издалека

С гор нам придется дрова, а троянцы напуганы сильно.

Девять бы дней нам желалось оплакивать Гектора в доме,

665 Похоронить на десятый и пир поминальный устроить;

После поминок на утро насыплем над мертвым могилу,

В день же двенадцатый станем сражаться, уж если так нужно".

Снова ему отвечая, сказал Ахиллес быстроногий:

"Сделано будет и это, о старец Приам, как желаешь.

670 Бой прекращаю на столько я времени, сколько ты просишь".

Так сказал Ахиллес и Приамову правую руку

Около кисти пожал, чтоб старик ничего не боялся.

Там они спать улеглись, в притворе пелидова дома, -

Царь и глашатай, в уме своем планы разумные строя.

675 Сам Ахиллес почивал в глубине своей ставки прекрасной,

С ним Брисеида легла прекрасноланитная рядом.

Прочие боги Олимпа и коннодоспешные мужи

Спали всю ночь напролет, побежденные сном благодатным.

Лишь одолеть он не мог одного благодавца Гермеса.

680 Думал он в духе своем, как лучше владыку Приама

Через ворота провесть незаметно для стражи могучей.

Стал над его головою и с речью к нему обратился:

"Все еще спишь ты, старик, пощаженный Пелеевым сыном,

Между враждебных людей, не заботясь о бедах возможных.

685 Много ты отдал сегодня, чтоб выкупить мертвого сына.

Но за тебя, за живого, тройную отдали бы цену

Дети, которые сзади остались, когда б Агамемнон

И остальные ахейцы узнали, что здесь ты, в их стане".

Так говорил он. Старик испугался и вестника поднял.

690 Тотчас Гермес лошадей им и мулов запряг и поспешно

Сам их прогнал через стан аргивян, и никто не увидел.

Но лишь достигнули брода прекрасноструящейся речки,

Ксанфа пучинного, богом рожденного, Зевсом бессмертным,

Путников бросив, Гермес на великий Олимп удалился.

695 В платье шафранном Заря простерлась над всею землею.

К городу гнали они лошадей со стенаньем и плачем.

Мулы везли мертвеца. И никто их другой не увидел

Ни из мужчин, ни из жен, поясами прекрасными славных,

Прежде Кассандры, красой с золотой Афродитою сходной.

700 Рано Кассандра взошла на Пергам и отца увидала

На колеснице и с ним громогласного вестника Трои.

И увидала в повозке, запряженной мулами, также

Гектора славного труп. Завопила на весь она город:

"Эй! Троянцы! Троянки! Бегите, чтоб Гектора видеть1

705 Вы ведь с восторгом живого встречали его после битвы;

Радостью он постоянной и городу был, и народу!"

Так говорила. И вдруг ни жены не осталось, ни мужа

В Трое широкой. Печаль несдержимая всех охватила.

Возле ворот городских окружили везущего тело.

710 Всех впереди молодая жена и почтенная матерь

Волосы рвали, бросались к повозке красивоколесной,

Голову Гектора в руки хватали. И плакал народ весь.

До ночи целый бы день напролет, заливаясь слезами,

Перед воротами все оставались у трупа в повозке;

715 Если б старик со своей колесницы не крикнул народу:

"Дайте дорогу, чтоб мог я на мулах проехать! Потом же

Плачем насытитесь все вы, как мертвого в дом привезу я!"

Так он сказал. Расступился народ и открыл им дорогу.

К славному дому Приама привезши, на ложе сверленом

720 Тело они положили. Певцов, зачинателей плача,

Возле него посадили, которые с грустным стенаньем

Песни плачевные пели, а жены им вторили стоном.