Customer
Шрифт:
– - Сам Диавол побывал у меня в гостях!
– - Врешь!– - возмутился Смит и выдернул-таки руку из лапищи Старика.
– - Лукавый предстал предо мной в час, когда миссис О'Бирал после дня, проведенного в неустанных трудах, стелила нам постель... Чарлин О'Бирал -- святая женщина, вы все ее знаете...
– - Чистая правда!– - заволновалась аудитория.– - Святее не бывает! Аминь! Аллилуйя!
– - И я сказал ей: "Ступай к себе, дорогая, а ко мне на огонек заглянул старина Диавол. Я уж сам как-нибудь спроважу его за дверь".– - Преподобный О'Бирал драматически умолк. Потом нежно молвил: -- И миссис О'Бирал, не задав ни единого вопроса, удалилась.– - Тут в голосе проповедника вновь пробудилась страсть.
– -Я обернулся к Сатане, к этому старому интригану, я взглянул ему прямо в глаза и воскликнул -- цитирую дословно: "Забери от меня Линду Карпуччи!"... Ведь у меня уже есть жена... Зачем мне нужна Линда Карпуччи, наполняющая краткие мгновения моего досуга греховными помыслами и плотским соблазном? Миссис О'Бирал родила мне шесть чудесных деток, от Джои О'Бирала-младшего до малютки Ла-Верны. Неужто я настолько безумен, что пожертвую благом, коим одарил меня, недостойного, Всемогущий? И из-за кого? Из-за какой-то Линды Карпуччи, которую сукин сын Сатана подсунул мне однажды вечерней порой? А моя драгоценная Чарлин как раз засиделась в часовне, надписывая конверты с посланиями, которые несут свет и спасение более чем ста народам планеты.– - Голос преподобного дрогнул, перешел на всхлип.– - Перефразируя слова Господа нашего, сказал я Лукавому: "Изыди, Сатана! Изыди и избавь меня от Линды Карпуччи!"
Зал разразился одобрительными криками и аплодисментами. Однако мистер Смит остался недоволен и сердито запротестовал:
– - Лгун! Подлый, наглый брехун! Да я тебя в глаза не видывал! Какая еще Линда Карпуччи?
На экране преподобный О'Бирал раскланивался перед аудиторией, неотличимый от ведущего какой-нибудь телевикторины. Его губы беззвучно артикулировали: "Спасибо! Большое спасибо!"
– - Это подлая провокация!– - бушевал мистер Смит.– - Немедленно отправляюсь туда! Сейчас же!
– - Но у нас нет денег.
– - К черту деньги!
– - Нечем даже расплатиться за гостиницу.
– - К черту гостиницу!
Молитвенное собрание на экране подернулось дымкой, и диктор сказал:
– - Мы еще продолжим прямую трансляцию проповеди преподобного Джои О'Бирала из Храма Стеклянной Благодати, Университет душеведения, О'Бирал-Сити, штат Арканзас. А пока -- реклама нашего спонсора, компании "Свистер": "Мамочкин чудо-кекс".
– - Вот и адрес, -- обрадовался Смит.– - Ты так и будешь тут сидеть? Мне что, отправляться одному?
– - Подумай хорошенько, стоит ли. Таких проповедников, наверно, пруд пруди...
– - Но этот пронзил меня в самое сердце. Я опорочен, оклеветан! А характер у меня импульсивный, сам знаешь. Не потерплю! Это ему даром не пройдет! Мистер Смит протянул руку, и Старик со вздохом взялся за нее.
Прежде чем они растворились в воздухе, Старик успел не без ехидства спросить:
– - Значит, тебе не понравилось быть персонажем Американской Мечты? Пусть отрицательным, но очень важным, а? Что скажешь, старый интриган?
– - У вас там все в порядке?– - пропела из коридора горничная и, не услышав ни голосов, ни бормотания телевизора, заглянула в номер.
– - Хм, чемоданы на месте, -- пробормотала она.– - Странно. Не видела, чтоб они выходили...
Включила радио, и заиграла легкая музыка, без которой совершенно невозможно заниматься уборкой.
– - Гляди-ка, они и в постель не ложились, -- удивилась горничная.– - Каких только чудиков не носит земля...
С этими словами она включила и телевизор -- решила немножко расслабиться. Уселась на кровать, зажгла сигарету и уставилась в экран.
x x x
Пронесясь теплым вихрем над скамьями (и сдув с голов прихожан пару шляп), Старик и мистер Смит приземлились прямо в центральном проходе Храма Стеклянной Благодати, весьма своеобразного архитектурного сооружения, стены которого состояли сплошь из радужных витражей. Свирепое южное солнце пронизывало стеклянную пестроту библейских сюжетов, окрашивая внутренность гигантского прозрачного шатра красно-желто-синими пятнами неистовой интенсивности.
Церковный хор состоял из джентльменов в зеленых смокингах и дам в старомодных вечерних платьях нежно-розового цвета. Они то чинно гнусавили гимны, то выдавали какой-нибудь заводной спиричуэл, ритмично пощелкивая пальцами и вихляя бедрами.
Потливый проповедник находился все там же, посреди сцены; после телеэкрана он казался каким-то неожиданно маленьким. Правда, лицо преподобного проецировалось на развешанные повсюду мониторы, так что можно было полюбоваться каждой капелькой пота.
– -Я прерву проповедь, чтобы наш чудесный хор исполнил гимн. Сочинил этот гимн я, а вдохновил меня... сами знаете Кто.
Зал понимающе загудел, демонстрируя хороший условный рефлекс. В ответ на все эти "Аллилуйя", "Уж это как водится" и "Как не знать" преподобный О'Бирал заговорщически подмигнул, и с его чела прозрачными таракашками сорвались вниз новые капли пота.