Customer
Шрифт:
– - Ты же видел его благоверную. Беднягу проповедника можно понять.
– - Не хочу показаться жестоким, но она и в самом деле похожа на неудачную шутку природы.
– - Что-что?
– - Ничего. Беру свои слова обратно. Общаясь с тобой, я только и делаю, что говорю всякие непозволительные вещи.
Компаньоны взглянули друг на друга не без теплоты.
– - Приготовились!– - гаркнул режиссер.– - Эфир через тридцать секунд. Поехала атмосфера искренности!.. Еще один эпизод, а потом переходим к исцелениям. Все болящие и недужные, кто зарегистрировался перед съемкой у меня или ассистентов, встают в очередь там, где положено, ясно?.. Десять секунд. Ну-ка,, ребята, аплодисменты! Даешь классное шоу! Джои, пошел!
– - Друзья мои, -- деловито начал преподобный.– - Кое-кто из вас скажет, что я обошелся с Лукавым невежливо...
– - И скажу!– - пронзительнейшим голосом вскричал мистер Смит. О'Бирал на секунду опешил.
– - Искренне сожалею об этом, сэр.– - И пояснил аудитории: -- Этот джентльмен считает, что я обощелся с Диаволом невежливо.
Гул голосов: "Да не, нормально!", "К черту Сатану", "Изыди!" и проч. Преподобный ласково вскинул руку, призывая к тишине.
– - Я не хочу больше говорить о старом интригане Сатане, и знаете почему? Потому что он вполне может находиться сейчас прямо здесь, в церкви. Но вряд ли, ибо я видел Лукавого собственными глазами и среди собравшихся никого похожего что-то не наблюдаю. Зато (взвизг и дрожание голосовых связок)... зато тут, средь нас, есть Тот, Кого опознавать не нужно... Каждый ощущает Его своим грешным сердцем... Друзья мои, здесь, сейчас, меж нами Бог!
– - Слыхал?– - шепнул Старик.
– - Он не про тебя говорит, а про Бога, -- злобно просипел мистер Смит.
– - Да, меж нами Бог! Это Его дом! Взгляните на цветные витражи -- это кадры из Его жизни... И мы -- Его грешные дети... Он с нами, в наших умах и сердцах... И вот что я еще скажу вам, ребята... Если б Всевышний решил предстать перед нами в земном обличье -- да в любом обличье, какое бы ни избрал Он в своей беспредельной мудрости, -- я бы сразу узнал Его и воскликнул от своего и вашего имени: "Господь наш, приветствуем Тебя в простоте сердечной... благоговеем перед величием Твоим... обогреваемся теплом Твоего участия... укрываемся одеянием Твоей любви... И знай, что паства святого Храма Стеклянной Благодати, Университет душеведения, О'Бирал-Сити, штат Арканзас (радио- и телетрансляция в более чем сто стран планеты) приветствует Тебя самыми простыми и нежными словами, какие только есть в нашем языке: "Добро пожаловать, Господи!"
Аудитория взорвалась овацией, да и сам преподобный прослезился, не выдержав собственной растроганности и небесного красноречия.
Старик счел своим долгом подняться и зашагал к сцене.
Путь ему преградил охранник:
– - Туда нельзя, папаша. Исцеление в следующем эпизоде.
– - Но меня узнали, -- пытался втолковать ему Старик.
– - В чем дело, Джерри?– - спросил у охранника преподобный.
На первый взгляд, старикан в просторном балахоне вряд ли мог представлять какую-либо опасность для шоу. Наоборот, интуиция подсказала О'Биралу, что дедушка с таким открытым, детским выражением лица может оказаться очень даже кстати -- подбавит программе непринужденности.
– - Вы узнали меня, -- зычно пробасил Старик, -- и я глубоко этим растроган.
В штате Виргиния, в собственном доме, перед экраном телевизора, поперхнулся коктейлем заместитель директора ФБР Гонтранд Б. Гаррисон, большой поклонник проповедей преподобного О'Бирала.
– - Вот он, гаденыш!– - завопил заместитель директора.
– - Кто?– - испугалась миссис Гаррисон.
– - Дорогуша, скорей включай видеомагнитофон! Чистую кассету вставь! А я звоню Гонелле. Помнишь, я тебе показывал фото тех типов, которые объявлены в розыск?
– - "Бог"?
– - Он! Стало быть, Арканзас... Алло, миссис Гонелла? Кармине дома? Срочное дело.
Тем временем на сцене Храма Стеклянной Благодати преподобный окончательно решил довериться голосу телеинтуиции.
– - Ну же, не бойтесь.– - проворковал он, уверенный, что несчастный старикашка оробел от собственной смелости.
– - Чего мне бояться, если меня здесь встречают с таким радушием?– - прогрохотал Старик так мощно, что храм весь завибрировал от гулкого эха.
– - Дайте ему микрофон, -- приказал преподобный. Ошарашенный звукооператор пролепетал:
– - Этому микрофон не нужен.
– - Так вы говорите, что я встретил вас радушно? Кто вы, дедушка?
– - Я на Земле всего несколько дней, и вы -- первый, кто меня распознал в публичном месте. Поздравляю. Да! Я -- Бог.
Преподобный был сражен. Надо же так проколоться! Окажись старый хрен каким-нибудь Арчибальдом В. Тютькинсом из Задриппинг-Сити, 95 лет отроду, проповедник устроил бы импровизацию -- пальчики оближешь. А это, оказывается, Бог, здрасьте. Кому нужна такая конкуренция? И потом, у Бога ведь не спросишь, часто ли он смотрит по телевизору "Час молитвы" Джои О'Бирала.
– - Понимаете ли вы, старина, что произнесли кощунство?
– - Не нужно все портить, -- расстроился Старик.– - Вы так славно начали...
– - Хотите, объясню, почему мне сразу ясно, что вы не Бог?
– - Вам не может быть это ясно! Вы же сами только что сказали -- я могу предстать в любом обличье.
– - Сказал, не спорю. Я сказал, что готов приветствовать Господа, в каком бы земном обличье Он пред нами ни предстал. Ведь Бога, в отличие от Сатаны, я в лицо не знаю. Всевышнего я могу распознать только по благодати, а отнюдь не по внешним признакам.