Шрифт:
Нора бросила на Тома вопросительный взгляд:
— Может, это спонтанная ремиссия?
На мрачном лице Тома вдруг мелькнула возбужденная улыбка. Ему самому никогда еще не приходилось сталкиваться со спонтанной ремиссией у раковых больных — ни в лаборатории, ни в больнице. Такое случалось крайне редко; все случаи были задокументированы, но очень редки. И никто не был в состоянии понять или удовлетворительно объяснить, почему без всяких видимых причин иммунная система некоторых больных вдруг принимала решение освободить себя от рака. Медицинских свидетельств такого исцеления без лечения было предостаточно, а вот медицинского объяснения — ни единого.
Он повернулся к Бобу Куку:
— Ты, случайно, не сканировал ее ДНК перед экспериментом?
— Боюсь, нет. Программой это не предусматривается. А почему ты спросил?
Том и сам не был еще до конца уверен, но чувствовал, что в голове у него начинает вертеться какая-то идея.
— Возможно, мы сумеем выявить причину, почему эта мышь вдруг выздоровела. Если сравнить ее клетки до заражения раком с ее же раковыми и «излечившимися» послераковыми клетками, мы, может быть, найдем последовательность в генетическом коде, которая отвечает за естественную ремиссию. До сих пор мы все время пытались сами себе навязать теоретическое решение, взятое «из пробирки». А почему бы нам не заняться тем редким явлением, которое уже существует в природе, и попытаться повторить его?
Он оглядел своих сотрудников, ожидая их ответной реакции. Боб и Нора задумчиво покивали.
Джасмин с минуту смотрела на Тома, чуть нахмурив свой гладкий лоб.
— А ты уверен, что ответ будет вполне научным?
— А чем еще можно это объяснить? Верой? Или возобладанием сознания над материей? Ладно тебе, Джасмин!
— Да почему бы и нет? — продолжала настаивать та. — Есть множество случаев необъяснимого исцеления, отнесенных на счет именно веры. Когда я была ребенком, мои родители отправились в Лурд [15] — они повезли туда мою больную тетку Анджелу.
15
Лурд — город в Южной Франции, бальнеологический курорт. У католиков почитается как святое место, привлекает многочисленных паломников.
Нора кивнула, соглашаясь:
— Я тоже возила свою больную маму в Лурд, два года назад. И она какое-то время после этого чувствовала себя гораздо лучше.
— И моя тетка тоже, — подхватила Джасмин. — В Лурде имело место много известных и тщательно задокументированных случаев исцеления.
Она начала перечислять их, загибая пальцы:
— Вот, например, некая Роза Мартен — полная ремиссия при раке матки, апрель 1947 года. Потом Витторио Микелли, 1962 год, у него полностью рассосалась опухоль на бедре всего через несколько дней купаний в целебной воде. Еще Клаус Кунст, в 1966-м — он пил эту воду и вылечился от рака почек.
Том улыбнулся. В этом была вся Джас: иметь мозги, больше похожие на компьютер, и при этом допускать существование Бога.
— А я думал, баптисты не верят во все эти Лурды и прочие святые места. И был уверен, что только для католиков они святые.
— Ничего подобного! Когда нужно чудо, ты отправляешься туда, где происходят чудеса.
— Ну ладно, мне совершенно ясно только одно, — прервал их Боб, указывая на нулевой показатель на экране. — Если это вера, значит, мышь с-370 была чертовски верующей!
Все рассмеялись, но Том не желал отказываться от своей идеи.
— Я хочу лишь сказать, что в генетической конфигурации организма этой мыши что-то вдруг изменилось. Можете называть это наукой, или природой, или чем угодно еще, но нам стоит попытаться это повторить. Скопировать.
Он помолчал и посмотрел всем по очереди прямо в глаза.
— Вот послушайте! Мы совершенно уверены, что знаем, как именно действует эта спонтанная ремиссия, но не знаем почему. В основе своей раковые клетки — собственные клетки организма, ставшие предателями, поэтому иммунная система их не трогает. А что происходит при спонтанной ремиссии? По какой-то причине иммунная система организма вдруг выясняет, что раковые клетки данному организму не принадлежат, они чужие, не свои. И иммунная система атакует опухоли, и те рассасываются. Так?
Он подождал, пока все согласятся с этим утверждением.
— А чтобы это произошло, должно что-то случиться с генетическим кодом этих дефектных клеток. Антитела иммунной системы должны понять, что клетки чужие. Вот, в общих чертах, то, что мы пытались проделать в ходе этого эксперимента. Мы пытались использовать ретровирусы, полученные с помощью генной инженерии, и изменить ДНК раковых клеток таким образом, чтобы привлечь к ним внимание иммунной системы организма.
— И что?
— А то, что в природе, вполне возможно, существует естественный ретровирус, способный убивать опухоли.
— Что?! — воскликнул Боб.
Том поднял обе руки, успокаивая его.
— Понимаешь, ретровирус действует, внедряясь в клетку организма и затем заменяя ее ДНК на свою собственную. Он так размножается и именно поэтому опасен. Он стирает и подавляет наш собственный генетический код и распространяется по всему организму. Сам знаешь, как эффективен в этом смысле ВИЧ — вирус иммунодефицита человека. А теперь представь, что существует чрезвычайно редко встречающийся вирус, который не стирает и не подавляет ДНК, но помогает ей воссоздаться. Ремонтирует ее.