Жена Скакке, Моника, была на девять лет моложе его; они поженились семь лет назад. Моника работала инструктором лечебной гимнастики в одной из городских больниц, и Бенни недавно сказал по секрету Мартину Беку, что они не собираются заводить больше детей, пока средства не позволят им переехать из квартиры на Тиделиусгатан в собственный домик за городом. Он мечтал о вилле на острове Лидингё.

Скакке хорошо водил машину и лучше любого таксиста знал Стокгольм и все новые пригороды. Он без труда отыскал нужный адрес в Рутебру и пристроился к ряду машин, которые уже скопились на Теннисвеген.

Трое - мужчина, женщина и собака - стояли посреди мостовой, провожая взглядом Мартина Бека и Скакке, когда они направились к дому. Здесь не было обычной толпы зевак, которые слетаются, точно мухи на мед, едва у какого-нибудь дома останавливаются полицейские машины, но в соседних окнах кое-где виднелись лица, и в саду напротив сгрудились ребятишки, размахивая руками и оживленно переговариваясь.

Явились уже и представители прессы, но два оперативных работника, которые подошли к их машинам, пока что успешно сдерживали натиск. Фоторепортеры тотчас узнали Мартина Бека и защелкали затворами.

Дорожка к дому и гараж охранялись; постовой вежливо козырнул, пропуская Мартина Бека и Скакке.

В доме шла кипучая деятельность. Криминалисты занимались своим делом: один сидел на корточках в прихожей и фиксировал отпечатки пальцев на настольной лампе, стоявшей на низком сундучке возле телефона; яркий свет фотовспышки свидетельствовал, что и фотограф приступил к работе.

Комиссар Перссон подошел к Мартину Беку и Скакке.

– Быстро добрались, - приветствовал он их.
– Может, начнем с ванной.

Человек в ванне являл собой отнюдь не приятное зрелище, так что Мартин Бек и Скакке предпочли не задерживаться около него.

– Врач только что был здесь, - сообщил Перссон.
– По его мнению, этот человек умер от восьми до пятнадцати часов назад. Смерть наступила мгновенно, и удар, вероятно, был нанесен железным ломиком или лапой или чем-то в этом роде.

– А кто он?
– Мартин Бек кивнул в сторону ванной. Перссон вздохнул.

– К сожалению, весьма лакомый кусочек для вечерних газет. Кинопродюсер Уолтер Петрус.

– Черт дери, - вырвалось у Мартина Бека.

– Или директор Вальтер Петрус Петтерссон, как значится в его бумагах. Одежда, бумажник и портфель лежали в спальне.

– Я видел его в телевизионной программе "События недели", - заметил Скакке.
– В окружении армии красоток.

– Я никогда не слышал ничего про его фильмы, - сказал Перссон.
– Но имя известное.

Человек, прибывший за телом, нетерпеливо переминался с ноги на ногу, и они ушли в гостиную, чтобы не мешаться.

– А где эта женщина, которая здесь живет?
– спросил Мартин Бек.
– И кто она такая? Только не говори, что кинозвезда.

– Нет, слава богу, - успокоил его Перссон.
– Она сейчас наверху. С ней беседует наш сотрудник. Ее зовут Мод Лундин, ей сорок два года, служит в косметическом салоне на Свеавеген.

– Ну, и как она?
– спросил Скакке.
– Убита горем?

– Да нет, - ответил Перссон.
– Сначала-то была потрясена. Теперь, по-моему, успокоилась. Ей нельзя здесь ночевать сегодня, но она говорит, у нее в городе есть подруга, у которой она побудет, пока мы тут управимся.

– Соседей успели опросить?
– осведомился Мартин Бек.

– Разговаривали только с теми, кто живет рядом и через дорогу. Говорят, не видели и не слышали ничего необычного. Но завтра мы пройдем по остальным домам на этой улице. Возможно, придется весь Рутебру обойти. В таких поселках все друг друга знают, дети ходят в одну школу, все посещают одни магазины, у кого нет машины - едут вместе в автобусе или в поезде.

– Этот Вальтер Петрус, он что - тоже здешний?
– спросил Бенни Скакке.

– Нет, - ответил Перссон.
– Он приезжает сюда на неделе и ночует у Лундин. А сам живет с женой и тремя детьми в собственной вилле в Юрсхольме.

– Семья извещена?
– справился Мартин Бек.

– Извещена. Нам повезло, в портфеле лежал рецепт, выписанный частным врачом, мы позвонили ему, и оказалось, он у них своего рода домашний врач, хорошо знает семью. Взялся известить родных и сделать, что понадобится.

– Ясно, - сказал Мартин Бек.
– Придется их тоже опросить завтра. Дело уже к ночи, сегодня нам бы управиться здесь в доме.