Шрифт:
— На это ты была мастер.
— Да уж. — Майя негромко фыркнула и пригладила волосы. — Еще один мой дар.
— Я всегда любила тебя. Даже тогда, когда злилась.
У Майи защипало глаза. Камень, лежавший на ее душе столько лет, внезапно куда-то исчез. Она в два шага преодолела разделявшее их расстояние, крепко обняла подругу и прижала ее к себе.
— Все хорошо, — дрогнувшим голосом сказала она. — Все хорошо.
— Я тосковала по тебе. Ужасно тосковала. — Рипли гладила ее по спине.
— Знаю. Я тоже. — Майя судорожно вздохнула и вдруг увидела, что у дверей стоит Нелл и беззвучно плачет.
— Извините, что вошла как раз в разгар разговора. А пока я думала, что лучше — вмешаться или незаметно уйти, — вы меня увидели. — Она протянула каждой бумажную салфетку. — Конечно, подслушивать нехорошо, но я рада, что так получилось.
— Ничего себе троица! — сморкаясь, пробормотала Рипли. — Интересно, как я буду совершать обход с красными глазами?
— Ради бога, прочитай заклинание и избавься от них. — Майя вытерла глаза, закрыла их и что-то пробормотала. Когда она вновь открыла глаза, те были искрящимися и ясными.
— Ты всегда любила показуху, — проворчала Рипли.
— А вот у меня еще плохо получается, — начала Нелл. — Что ты скажешь, если я?…
— Разрази меня гром, не устраивайте здесь шабаш! — Рипли взмахнула рукой. — Нелл, раз уж ты здесь, слушай. Я хочу сбросить с себя еще одну тяжесть. Майя собирается трахнуть Сэма.
— У тебя потрясающий дар выбирать подходящие выражения, — сказала Майя. — Это всегда приводило меня в восхищение.
— Говори что угодно, но ты совершаешь ошибку. — Рипли толкнула Нелл локтем. — Скажи ей.
— Это не мое дело.
— Трусиха! — насмешливо бросила Рипли.
— Хочу избавить тебя от оскорблений и необходимости держать язык за зубами. — Майя обернулась к Нелл. — Выскажи свое мнение. Если оно у тебя есть.
— Мое мнение заключается в том, что решать подобные вопросы должна ты сама… Но если, — продолжила Нелл, пропустив мимо ушей насмешливое фырканье Рипли, — тебя все еще влечет к нему, это кое-что значит. Ты ничего не делаешь не подумав. Мне кажется, что ты не найдешь покоя, пока не выкинешь Сэма из головы или не дашь воли своим чувствам.
— Спасибо. А теперь… — Я еще не закончила. — Нелл откашлялась. — Физическая близость решит только часть вашего конфликта. И, возможно, самую легкую. Что случится потом, будет зависеть от того, откроешься ты или закроешься. И это тоже придется решать тебе.
— Но пока я не сделаю первого шага, я не узнаю, что следует предпринять дальше.
— Раз так, загляни в будущее, — нетерпеливо сказала Рипли. — Тебе всегда легко давались видения.
— Думаешь, я не пыталась? — В Майе снова вспыхнула подавленная было досада. — Я не вижу себя. Вижу только то, как она стоит на скалах. Шторм крепчает, туман ползет вверх. Чувствую ее силу и отчаяние. За мгновение до прыжка она тянется ко мне. Я не могу сказать, что это. То ли она цепляется за меня, то ли хочет утащить с собой.
У нее зарябило в глазах, воздух сгустился.
— Потом я остаюсь одна и чувствую, что на меня начинает наползать тьма. Она становится все гуще и мрачнее. Ночь трещит от холода. Я знаю, что, если смогу убежать в лес, на поляну в центре острова, мы сможем образовать круг, после чего тьма исчезнет раз и навсегда. Но не знаю, как туда попасть.
— Ты сделаешь это. — Нелл взяла ее за руку. — Она была одинока, а ты нет. И никогда не будешь одинока.
— Не для того мы боролись, чтобы теперь проиграть. — Рипли взяла ее за другую руку.
— Не для того. — Майя черпала из круга силу, в которой нуждалась. Но даже сейчас, при свете дня, с сестрами, стоявшими рядом, она чувствовала себя одинокой и окруженной тьмой.
6
Остров окутался туманом, прозрачным и сияющим, как перламутр. Из него вздымались деревья и скалы, напоминая замки и башни в нежном молочном море.
Майя вышла из дома рано и остановилась на склоне, вбирая в себя безмятежность и спокойствие, окутывавшие Три Сестры в это чудесное весеннее утро.
В утреннем тумане клумба с форсайтиями была похожа на золотистый веер, а нарциссы — на оркестр солнечных труб. Она ощущала влажный и нежный запах гиацинтов. Казалось, земля ждала момента, чтобы проснуться, сбросить воспоминания о зиме и взорваться жизнью.
Своя прелесть была и в предыдущем сне, и в красоте предстоявшего.
Майя открыла машину, положила на соседнее сиденье папку с документами и по длинной извилистой дороге поехала к поселку.
Перед открытием магазина ей предстояло выполнить несколько обычных обязанностей. Относительная тишина и обновление книг на полках доставляли ей такое же удовольствие, как и работа с посетителями, которые приходили, бродили между стеллажами, раздумывали. И, конечно, покупали.