Шрифт:
— Репей, ты вообще понимаешь насколько это сложно? — внезапно возмутилась стажёрка. — Этот закон задевает кучу интересов. До выкликания еще больше месяца и возможности наши сейчас ограничены.
Так вот если бы нам удалось создать спрямлённые маршруты между арками, это очень сильно бы упростило всё остальное. И ещё мы смогли записать ваши подвиги, ну как движущиеся картинки, и хотели бы организовать публичный показ. Так вот нам для этого нужен гладкий камень размером три на семь саженей.
Вот это да! Местные решили показать всем «фильму». Дело конечно хорошее, но камень таких размеров!
— Я вам, что волшебник что ли?! — не мог я сдержать возмущение. — Как я его дотащу? Вы вообще представляете, сколько такая штука весит?
— Ты высший антимаг,- совершенно спокойно заявила мне стажёрка, — и границы твоих возможностей нам не известны. Так что…
— Камень не потащу, — скривился я. — Могу вам предложить сухую строительную смесь, разведёте, зальёте в форму, выровняете поверхность, зашпатлюете под сетку, покрасите, будет идеально гладкая и проблем с цветом не будет.
— Хорошо, — тут же подключился Прохор Фёдорович, — ты давай волоки, чего там у тебя, а мы пока этот вариант проработаем. Теперь, мы уже перекидываем сюда специалистов по шахтному делу, будем арку доставать. Нам потребуется опорная база для развёртывания, нужно чтобы ты помог.
— Прекрасно, Серёге гражданство дайте и девушке его, — тут же принялся шантажировать я.
— А-а-а это, — Анастасия Павловна уставилась на меня с удивлением.
— Пускай к ратманам сходят, им там всё оформят, — пожал плечами Прохор Фёдорович.
Кажется, вопрос был давно решён, просто мне об этом сказать забыли. Ну, просто замечательно!
— Ладно, понял.
Мне ничего не оставалось, как согласиться. Свою ставку я сделал и попытка сменить сторону, могла мне, потом дорого стоить. Так что лучшим из выходов было сотрудничество.
А вот дома мне мало не показалось. Разговор у нас с Эвииль, именно так теперь я её должен был называть, состоялся тяжёлый. И дело было совсем не в том, что я знатно отпинал её отца. Тот был старый солдат и умел принимать поражения.
Дело было в том, что она лиирэ. Сколько я понимаю, ей хорошенько так напомнили о долге перед родом, и сказать ей было нечего. В её так сказать отсутствие, Эвииль, как выяснилось, нашли жениха. Тот вроде как ещё не возродился, но для бессмертных время в принципе не было проблемой.
Тут надо сказать, что отец Эвииль оказался поразительно креативным парнем. Он, например, ходил, обмазавшись глиной поверх плавок и майки. На моё справедливое недовольство он заявил, что может одеваться, как ему нравиться.
Я не стану приводить весь состоявшийся между нами долгий разговор, мне просто неприятно. В общем, теперь я обустраивал себе новое обиталище. В конце концов, пять комнат было для меня одного многовато.
Самое гадкое, что после всего, мне ещё и Лина выговорила. Нет, она не накричала, как она всё время делала, не наговорила колкостей, а со слезами на глазах сказала, что я дурак и эгоист. Что я мужик, и не должен был себя так вести. Что не должен был позволять Эви так прогибаться и, что сделал той очень-очень больно, и лучше б я из той пещеры вообще не возвращался.
Я и сам понимал, что просто сбежал, но от этого легче не становилось. Да и потом, сказать по правде, я боялся. Я слишком хорошо прочувствовал, как это когда отрывают половину тебя. Когда даже увидится с самым близким человеком, в этой жизни уже не сможешь.
Мне ещё было легко, с Леной, нам предстояло встретиться за чертой. С Эви же я расстался бы навсегда. Объяснять всё это Лине я не хотел.
Мурка мне ничего не сказала, но взгляд её был красноречивее некуда. Одним словом я ещё и крайним остался. К тому же Демидова, обещавшая мне серьёзный разговор, от него почему-то демонстративно отказывалась, надувшись как мышь на крупу. Так что теперь они вдвоём с Лариной стояли в кабинете демонстративно глядя в другую сторону.
— Ты можешь мне объяснить вот это, — эффектная блондинка ткнула мне в лицо каким-то документом. Я попытался взять его, но она рванула желтоватый лист и с подозрением уставилась на меня.
— А можно ознакомиться, прежде чем объяснения давать? — спросил я.
— Нет! — резко заявила она.
— Вы мне сейчас многоуважаемая напоминаете подвыпившую барышню из анекдота, которая на вопрос извозчика «куда поедите?», ответила — «не твоё дело, козёл!», — устало сказал я.
Она недовольно посмотрела на меня, потом на Демидову с Лариной, потом снова на меня. Потом хихикнула и каким-то совсем другим голосом произнесла: