Шрифт:
...Харитонов встретил гостей недоверчиво.
Визитная карточка «Совы» и московский паспорт Савенкова его ни в чем не убедили... После того как Константин оставил Крылова на базарной площади, можно было ожидать чего угодно, любых ответных действий противника. Любой провокации.
И тогда Игорь выложил на стол фотографию всей своей команды и записную книжку Олега, которую тот оставил в квартире Туркиной.
— Смотрите, Виктор Сергеевич, вот это Олег Крылов, да? А это, в центре, — я. Похож? Это мы в сентябре прошлого года на даче одного милицейского полковника. Празднуем завершение одного хитрого дела... Тогда Олега тоже подставить пытались. Здесь — наркотики, а тогда его чуть за убийство не схватили... Хорошо что мы настоящих убийц нашли. И сейчас найдем... Виктор Сергеевич, я вижу, вы мне не до конца верите?
— Почему? Я верю, только...
— Вот именно... Но я-то с вами откровенно. А почему? Смотрите, в его записной книжке вы на первом листе. Вот, смотрите, — Харитонов. А после вас еще три фамилии... Это значит, что вы его старый знакомый и не можете быть причастны к его исчезновению.
— Это так, я старый знакомый. Но я, того... Я причастен к исчезновению.
Харитонов коротко и сбивчиво рассказал о встречах с Олегом... Он ни разу не упомянул о своих друзьях, о «Третьей обороне Севастополя» и о Константине.
Получилось довольно примитивно и даже глупо: «Поболтали мы с Олегом, родителей его вспомнили, а потом я отправил его в местную мафию — пусть чего-нибудь у бандитов разведает».
Савенков все понял и не стал пугать старого моряка наводящими вопросами. Пусть отдохнет, успокоится. Он и так уже сказал много больше, чем хотел.
— Вот еще что, Виктор Сергеевич, я тут один номер телефона достал. Установили мы его хозяина, а он может иметь отношение к нашему делу... Вы о полковнике Доренко не слышали?
— Доренко? Семен Тимофеевич? Как же, слышал. И видел несколько раз. Даже разговаривал... Год назад на митинге у Нахимова нас взяли. Человек десять. И всем собирались по пятнадцать суток дать, а он отстоял. Отпустил!.. Он только по фамилии — Доренко, а так наш!.. В том смысле, что русскоязычный... Паша Конин его хорошо знает, дома у него бывал.
— А где Конин?
— Паша-то? Он в соседней комнате. Я ему «Кобру» принес — у соседа на день взял.
— Какую это «Кобру»?
— Фильм американский. Там еще этот играет... Ну, глаза у него как у спаниеля, и все время спичку во рту держит... Сильвестр...
— Понятно, Рембо.
— Да нет. Какая-то другая фамилия...
— Виктор Сергеевич, я понял, что у вас видеомагнитофон есть. Пойдемте к Конину.
...Павел Конин оторвался от экрана только тогда, когда Савенков начал вынимать кассету.
— Извини, Паша, очень срочное дело. Ты Доренко знаешь?
— Знаю.
— Посмотри эту пленку. Всего пять минут.
Конин так и остался перед телевизором, а все остальные разместились за его спиной.
Вначале Конин несколько раз оборачивался, демонстрируя простоватую, застенчивую улыбку, лихорадочно пытаясь угадать, зачем ему демонстрируют эту обнаженную грязную дамочку. Потом что-то заметил и, подавшись вперед, ткнул пальцем в экран.
— Это я! Точно, это я. Назад, назад крутите... Я все покажу... Вот здесь — стоп!.. Доски эти видите? А эти черточки? Это же отметины от ножей! Здесь около ее уха — видите, доска, и щепки вверх торчат?.. Это я в самый край нож засадил... Дурачились мы тогда и пошли в подвал ножи метать.
— Когда это было?
— На Новый год.
— Где?!
— У Доренко! У Семена Тимофеевича... Дача у него на Северной стороне. Домик на скале. Для пикников и всякого такого... А что?
17 января 1997 года. Севастополь
Крылов услышал скрип замка.
Дверь открылась, и в комнату осторожно втиснулся Лошак с большой спортивной сумкой.
— Собирайся, Беркут.
— Куда?
— На работу поедем.
— Скоро?
— Через час.
— А что мне собираться? Вот он я весь — всегда готов... Слушай, Лошак, что это вы меня под замком держите?.. Я бежать не собираюсь. Мне деньги надо получить.
— А кто тебя знает...
— Слушай, Лошак, может, это вы меня кинуть решили? Я свое дело отработаю, а потом — ищи вас... Ищи-свищи!
— Нет, Чуб еще никого не кидал. Договорились — получишь... Ты не боись! Сделаешь дело — и свободен... И бабки при тебе.
— Как это «свободен»? Здесь меня сразу повяжут. На мне наркотики висят.
— Да доставлю я тебя к твоим «москалям». — Лошак лениво зевнул, лег на кровать и закрыл глаза. — В Керчь тебя отвезу — и катером на Малую Землю.
Крылов понял, что дальнейшие вопросы бесполезны. Лошак спал или притворялся, что спит. Олег тоже лег на кровать и попытался сосредоточиться...