– Вот это да!

– Да. Стало быть, котелок мыть тебе. Ложку можешь хоть облизать, мне до нее нет никакого дела, а свою плошку и свою ложку я вымою сам, ибо рыцарю в походе зазорно иное, даже при наличии слуг.
– Снег спохватился: - И пусть я теперь не рыцарь, а простой и незатейливый странник... вроде тебя, но...

– Угу. Я быстро. Я хорошо помою, с песочком! Я умею!

– Верю в тебя, дружище Хвак. Но попрошу сделать это как можно быстрее, ибо нас с тобою ждет одно мелкое приключение и для успешной встречи с ним надобно успеть завершить все предыдущее... Нет, они уже близко, потом помоешь. Вернись!

Сахиры все еще держали на себе остатки человеческого обличья, но черные округлившиеся глаза без зрачков, жуткие клыки и когти, отвратительная желтая слюна, капающая из красногубых пастей - все безошибочно выдавало в них демонов... Они появились из зарослей сухого кустарника почти бесшумно, если не считать какого-то странного сипа, одновременно похожего на змеиное шипение и человеческий шепот...

– Плоть!..
– послышалось Хваку.

Тот, который назвал себя отшельником Снегом, коротко поклонился поясу и седлу - и в правой руке его полыхнул синеватым отливом двуручный меч. Только глазом моргнуть, еще ножны не успели кувыркнуться в траву - а старец уже и левою ладонью ухватил рукоять меча, пониже правой, у самого навершия. При этом он успел метнуть взор на Хвака, и Хвак догадался: в два прыжка отскочил в сторону и назад, чтобы под меч не попасть... Но этого Хваку показалось недостаточным для подмоги своему нечаянному соратнику: он упал на четвереньки и длинной своей ручищей цап за пояс с секирою!.. Чехла на секирной морде не было, а из петли вынуть - плевое дело: секира сама оттуда выскочила, почуяв страх и ярость своего хозяина...

Сахир было... пятеро, как пальцев на одной руке... Две из них были разрублены в первое мгновение боя, остальные успели отпрянуть, поняв, что внезапное нападение на людишек не удалось, и что пища сама преотлично умеет наносить смертельные удары.

Завершив первый выпад, Снег перехватил клинок чуть иначе: вознес его прямо пред собою, высоко, чтобы рукоять и руки не мешали обозревать поле битвы, а ноги расставил пошире и замер, как бы показывая, что ждет нападения оставшихся демонов и готов обороняться... И вот тут Хвака проняло непонятное: вроде бы он внимательно на все это смотрел, даже и не моргнул ни разу... но старец уже не стоит на месте, как якобы намеревался, а успел впрыгнуть туда, вперед и влево, и мечом эдак - вжик и вжик! Быстро-то как! И еще две кучки отвратительной осклизлой плоти лежат на почерневшей траве, дымом истекают... Пятая сахира бросилась наутек, а Хвак - сам не зная зачем - помчался в погоню.

– Стой, дубина!

Да только улетели Снеговы крики на ветер: быстра сахира, а Хвак не отстает! Прыгнул через пень, пробил с налету куст - вот она клыкастая... Ух, страшенная! И еще одна рядом! На берегу болотца он ее настиг... их настиг!

– Шалишь, гадина такая!
– Как махнул Хвак секирою - так и едва не свалился в топкую слякоть: секира насквозь разорвала демоническую плоть, словно сквозь туман пролетела... Разве что руку слегка тряхнуло.
– А, и ты еще тут!
– Хвак и вторую сахиру зарубил, и даже испугаться не успел того, что коготь демона возле самых глаз мелькнул: еще бы на четверть пяди ближе и...

– Ишь ты!
– Хвак развернулся на человеческие слова, весь еще по уши в драке (секира наизготовку, бей, круши!), но это был Снег, подбежавший вослед, на выручку...
– Первый раз вижу такого прыткого, сильного и везучего болвана! Вот, объясни: куда ты попер, не зная обстановки, а? Ты на кого замах держишь, на меня, что ли?

Хвак немедленно опустил секиру, выпучил глаза и задумался над собственными действиями...

– Да я... это... убежит, думаю... дай-ка я ее...

– Убежит... Да. О, боги, боги, боги, я все забываю, среди кого я живу... и кем набит этот мир... Недаром я решил покинуть навсегда сии пределы... Ну и убежала бы? Кто она тебе, эта сахира несчастная?.. Вернее, две сахиры. Зачем ты их погубил?

Хвак растерялся, не зная, как внятно ответить на странный этот вопрос.

– Так... демоны же! А вы сами!?

– Что - я сам? Они на нас напали, сожрать хотели. Я защищался. Но вот сахиры отбиты, напуганы и бегут прочь - зачем их преследовать и добивать? Запомни: для забав есть дуэли и охота, а на войне и в обычной жизни губить живые существа - никуда не годится, это удел слабодушных и подлых людей. Кстати, надо будет разобраться с кругом защиты... Забыл я наложить, что ли... по старости и по глупости... Так ты понял, что я сказал?

– Да. Я это... не сообразил сразу. Что они... что она уже убегает...

– Или он. А скорее всего - оно, ибо сахиры бесполы, в нашем человеческом понимании... Ладно, возвращаемся. Надеюсь, ты не собираешься бродить в этих краях на ночь глядя?

– А что? Тут опасно?

– Опасно... боги, боги!.. Это Пригорья, дружок. Вон там, уже за теми перелесками, Плоские Пригорья начинаются! Что, не слыхал про такие? Опасно... Давай за сушняком, а я пока следы разберу... Угу!.. Забавно... Иди, иди, собирай, это я сам с собой разговариваю...

Снег был изрядно удивлен итогами осмотра: нет, он не забыл наложить круг охранных заклятий, очень мощных и болезненных для любого, кто имеет наглость или неосторожность незваным нарушать чужой покой... В том, что сахиры подкрались и напали, нет ни малейшей тайны, ибо к их приходу круг был разомкнут, заклятия порушены, а сделал это никто иной, как сей простодушный увалень Хвак... Не такой уж, кстати говоря и увалень, если столь убогим куском полусырого железа, которое по ошибки нарекли секирою, он прикончил двух сахир!