Конран Ширли
Шрифт:
Из-под форменной фуражки глядело круглое как луна лицо.
– Мне придется выписать вам штраф, мадам, если вы не отъедете.
***
Через два часа "Порше" с прилепленной к ветровому стеклу квитанцией о штрафе все еще стоял на Мэддокс-сквер, а Плам, продолжая дрожать от страха, махала подъезжавшему такси, чтобы добраться до дома.
На кухне Бриз поил ее чаем.
– Послушай, дорогая, все закончилось'. Ты держалась молодцом с полицией. Сейчас ты выпьешь это и отправишься в постель.– Он подлил виски в чашку.– Не спорь, дорогая, пей!
– Наверное, кто-то подслушал, как Лео говорил со мной по телефону из "Грозди винограда", - твердила она, - когда мы договаривались с ним о встрече. Наверняка его убил кто-то из тех, чьи голоса доносились в трубке.
Бриз налил себе виски не разбавляя.
– Ты уже говорила об этом полиции, дорогая. Нет никаких причин считать, что смерть Лео связана с твоим делом, хотя полиция, как мне кажется, учтет такую возможность. Но тот, кто подделывает картины, не обязательно бывает убийцей. И я не вижу никакой связи между этими двумя преступлениями.– Он примостился на краю кухонного стола и, покачивая ногой, ободряюще улыбался ей.– В полиции сказали, что ему дважды выстрелили в живот и один раз в грудь с близкого расстояния. Пистолет не найден. Убийство, предположительно, было совершено между часом и двумя часами ночи. На ужин Лео ел карри. Это все, что удалось им узнать.– Бриз приложился к стакану.– Ты говоришь, Лео клялся, что не имеет к подделкам никакого отношения, так почему бы не поверить в это?
– Но Лео знал, кто занимается подделками, - возразила Плам.– Именно это он сказал мне. По крайней мере, мне так кажется... Я не могу вспомнить в точности, что он говорил. Мне надо было записать это...
– Совершенно не важно, что сказал Лео! Его смерть не имеет никакого отношения к подделкам! И тебе нечего больше соваться в это опасное дело!
– Почему ты так уверен, что здесь нет связи?
– Потому что нет никаких оснований считать, что она есть! Это превращается у тебя в навязчивую идею!– Бриз посмотрел на нее с беспокойством.– Мне лучше взять тебя с собой в Нью-Йорк. Я не могу оставить тебя в таком состоянии.
– Нет, Бриз, со мной все будет в порядке.
Плам решила, что в Лондоне, где все знакомо, ей будет спокойнее, чем в Нью-Йорке. А если кто-то и охотится за ней, то почему бы ему не слетать в Нью-Йорк? Именно там она получила первое угрожающее письмо.
– Может быть, Дженни побудет со мной это время, - сказала она, - да и тебя не будет всего несколько дней.
Она послушно легла в постель и, уставившись в беззаботную розовато-желтую картину Эмили, вновь задумалась над таинственной историей.
Понедельник, 6 апреля 1992 года
Как только Бриз уехал в аэропорт, Плам тут же вызвала такси и отправилась в Ковент-Гарден. Через пятнадцать минут она сидела в редакционном офисе журнала "Новая перспектива" перед боссом Лео, которого звали Бенни Смит. Его помощь была необходима Плам, и ей пришлось поведать ему свою историю.
Бенни сочувственно кивал.
– Могу представить, каково вам пришлось, Плам. Полиция уже дважды брала меня в оборот.
Глядя в розовощекое лицо Бенни с мелкими заостренными чертами, Плам раздумывала, следует ли ей доверять ему.
Из-за толстых линз на нее был устремлен такой же изучающий взгляд Бенни.
– Думаю, что вначале они заподозрили меня, но у меня оказалось железное алиби. Мы живем далеко отсюда, в Патни. В тот вечер, когда был убит Лео, мы с Кэрол ужинали у друзей и, вернувшись к себе, обнаружили, что у нас побывали варвары. Из числа тех, которые мстят всему миру за то, что с ними происходит. Кругом было нагажено так, словно они специально напились касторки, прежде чем отправиться на дело. Они мочились в ящики с одеждой Кэрол и творили все, что им хотелось. Так что с полуночи у нас работала полиция. Хорошо еще, что те молодчики не застали Кэрол одну в доме, - добавил он.
– Да уж.– Плам поежилась.– Я не думаю, что полиция подозревает меня, для них я безобидная дурочка. Но мне непонятно, почему они думают, что смерть Лео никак не связана с тем, что он хотел рассказать мне.
– Потому что у них есть очень удобная версия его смерти, - сказал Бенни и повернулся к стоящему сзади столу. Открыв сигарную коробку, он достал из нее большую фотографию и протянул Плам. Лео на фото был в угаре какой-то вечеринки или в ночном клубе. Он стоял в середине шеренги высоких и очаровательно улыбавшихся девиц в вычурных вечерних платьях.
– Это все "голубые", - пояснил Бенни.– Лео скрывал это, не хотел, чтобы знали родители. Его отец - почтенный водитель автобуса из Пиннера - считает, что СПИД - это чума, ниспосланная свыше, чтобы избавить мир от нечисти.
– Значит, полиция считает это преступлением на сексуальной почве?
– Могу побиться об заклад. Лично я думаю, что Лео могли убить из-за наркотиков, хотя у меня нет достаточных оснований, чтобы говорить об этом вслух. Лео был у нас внештатным работником - мы не можем позволить себе другого, так что у него не было постоянного заработка. Тем не менее он все время торчал в злачных местах.