Шрифт:
* * *
Кэсси проснулась в своей постели на следующее утро. Еще двенадцать часов назад эта кровать была средоточием безудержного удовольствия и утоленного любопытства, а теперь служила лишь местом отдыха для избитой и местами все еще кровоточащей девушки. Обрывки того, что говорила ей вчера полиция, крутились в голове.
Адвокат. Формальность. Выпущен из тюрьмы.
Теперь все это ничего не значило: все защитные меры снова ее подвели.
Поняв, что, несмотря на сухость во рту и сильное обезвоживание, ей нужно в туалет, она осторожно подняла свое почти сломанное тело с кровати и встала на ноги. Каждый шаг, каждое движение были пыткой.
Хорошенько же ты меня отделал на этот раз, Брент.
Превозмогая боль, справив нужду в ванной, она заставила себя сварить кофе и пошла к входной двери за газетой.
Прежде чем открыть дверь, она посмотрела на новый засов, который полиция поставила вчера вечером. Оставалось только рассмеяться. Пять тяжелых замков, установленных на двери после последнего визита Брента, ее не спасли. А теперь появился еще один. Какой в нем смысл?
Она храбро открыла дверь. Это не всегда давалось ей легко. Может, Брент снова ждет ее там. И почему нет? Казалось, ничто не могло остановить этого ублюдка. Может, это было бы к лучшему? Может, ему стоит просто прийти, убить ее и покончить с этим? Но пока она не собиралась бояться.
Ее колени хрустнули, а покрытая порезами кожа натянулась и защипала, когда она присела, чтобы поднять газету.
Прихрамывая, она вернулась на кухню, бросила газету на стол и налила себе кофе.
Усесться на кухонный стул оказалось самой болезненной процедурой за все утро, так что она решила, что останется здесь на какое-то время. Обычно она даже не читала газету, но, увидев, что в новостях упоминается Лидхэм, взглянула на первую полосу:
"ЖИТЕЛЬ ЛИДХЭМА НАЙДЕН УБИТЫМ В СВОEМ ДОМЕ"
– Ого, - пробормотала она и прочитала статью.
"Эндрю О’Нил, 42 года, проживавший по адресу Норвуд-стрит, 12, был найден мертвым в своей гостиной вчера вечером в 9 часов. Сьюзан О’Нил, его жена, была арестована на месте и обвинена в убийстве. Хотя она заявляет о своей невиновности, в момент смерти она была единственным человеком в доме вместе с мужем. Ее адвокаты уже заявляют о ее неспособности предстать перед судом, поскольку обвиняемая настойчиво утверждает, что убийство совершил "человек с красными глазами"...
Жертва имела длинный криминальный послужной список, включая множество эпизодов домашнего насилия и изнасилований, и жертвой в каждом из них была его жена".
– Я могу тебе помочь, - раздался глубокий, гортанный голос из угла кухни Кэсси, вырвав ее из чтения и исторгнув крик, который разодрал ее больные голосовые связки.
Подняв глаза на говорившего, она увидела фигуру мужчины, полностью скрытую в черных тенях. Из темноты там, где должно было быть его лицо, на нее смотрели два ярких красных глаза.
* * *
СЕГОДНЯ...
После долгой ночи беспокойного сна и тревожных сновидений Кэсси проснулась от кряканья уток. Перекатившись, чтобы дотянуться до телефона, она прижала палец к экрану и ткнула в участок, служивший кнопкой "отложить".
Вместо того чтобы сразу встать с постели и не рисковать снова заснуть и опоздать на смену в закусочной, она подняла свою безответственность на пару ступеней и закурила гвоздичную сигарету прямо в кровати. Для Кэсси это было обычным делом, но сознание того, что теперь она рискует и опоздать, и сжечь дом, в котором живет, было достаточным, чтобы не заснуть, пока утки в телефоне не закрякают снова.
Сны, которые не давали ей спать большую часть ночи, были далеко не типичными кошмарами. Она с трудом могла вспомнить хоть малейшие детали, оставалось лишь зловещее чувство страха.
Та женщина в белом, что приходила к ней во снах много лет назад, еще в Лидхэме, где она заключила ту ужасную сделку.
От того, что ты должна сделать завтра, не уйти, Кэсси. Но помни: я вернусь за тобой.
Раздраженная тем, что может вспомнить слова, сказанные странной женщиной во сне двадцать четыре года назад, но не помнит ничего о сне, приснившемся всего нескольких часов назад, Кэсси села на край кровати и докурила сигарету до фильтра.
Затушив окурок в пепельнице на прикроватной тумбочке, она встала и, спотыкаясь, прошла через темную спальню, чтобы достать из комода трусики и бюстгальтер.
У меня предчувствие, что сегодняшний день будет не таким, как все.
Кэсси знала, что что-то в ее тревожных снах прошлой ночью указывало на страхи, мучившие ее последние двадцать четыре года и снова вышедшие на ее след. С тех пор как она покинула тот трехэтажный дом в Лидхэме, оставив за собой смерть, она знала, что они в конце концов придут.