Шрифт:
У Санни закралось подозрение, что сегодня ему придётся использовать оба подхода.
Впереди него Наев противостоял одному из рабов — его гарпун выстрелил вперёд, пронзив голову существа. Ночной Странник протолкнул копьё вперёд, пока оно не вышло с другой стороны, а затем отпустил стержень, мгновение спустя снова схватив его возле наконечника и вырвав копьё.
После этого у Санни уже не было времени наблюдать за Ночным Странником, он был вынужден сосредоточиться на собственном враге.
Смутно знакомая мерзость, напоминавшая гротескный манекен из плоти, бросилась на него, её пустые глаза были полны тьмы. Угрожающая костяная коса метнулась вперёд, угрожая разорвать Санни на части. Он был почти уверен, что его кожа выдержит удар, но рисковать не было смысла. Грех Утешения перехватил удар, гораздо медленнее, чем привык Санни, но всё равно очень быстро. Нефритовое лезвие легко прорезало косу, сломав её, а затем продолжило движение вперёд, рассекая плоть манекена от плеча до бедра.
Заклятие прошептало ему на ухо, на его голос не повлияла тяжёлая масса воды:
[Вы убили Падшего Монстра…]
[Ваша тень…]
Не имея времени слушать его, Санни подавил отвращение и использовал кровоточащие останки мерзости, чтобы отбросить себя в сторону. Мгновение спустя по тому месту, где он только что находился, пронеслось хитиновое тело.
Ещё пятеро уже приближались к нему с пяти разных сторон.
Санни глубоко вздохнул.
«Это… это не так уж и плохо».
Ситуация была тяжёлой, но не такой безнадёжной, как он ожидал. Самая большая угроза — сам Ужас — в данный момент была занята Кровавой Волной. Рабы, в то же время, были многочисленны и гораздо более могущественны, чем имели право быть. Однако против них работал один фактор.
Для большинства рабов тёмная бездна океана была такой же неестественной средой, как и для Санни.
Их движения были целенаправленными, но немного неуклюжими. Их первоначальная атака была устрашающей, но в основном потому, что многие были брошены вперёд длинными лентами белой ткани, которые кружились вокруг Ужаса и тянулись от него, как щупальца гигантского монстра. Теперь, когда импульс рабов был исчерпан, они стали гораздо медленнее и менее маневрёнными, чем Наев.
И в том числе медленнее Санни, благодаря имевшемуся у него Проворному Улову. Пробуждённый был бы разорван на куски в одно мгновение, но у двух Мастеров было определённое преимущество.
Более того, Санни понял, что его Аспект не так уж бесполезен под водой, как он думал изначально. Вокруг него не было теней, которые можно было бы проявить… но так было лишь потому, что он не мог заставить живые тени подчиняться ему. А их было много — теням для существования требовалась поверхность, а тело каждого раба как раз являлось поверхностью.
Каждый раб обладал тенью, что позволяло Санни чувствовать их движения, даже если он их не видел. Это также позволяло ему использовать Теневой Шаг, если мерзость была достаточно большой. Когда на него набросились пять рабов, Санни поплыл вперёд, увернулся от когтей особенно крупного Кошмарного Существа… и нырнул в его тень, появившись на вершине хитинового чудовища, которое несколькими мгновениями ранее не попало по нему.
Грех Утешения вонзился в толстый панцирь, мгновенно убив мерзость.
[Вы убили Падшего Зверя…]
[Ваша тень…]
Санни почти усмехнулся.
«Так много фрагментов…»
Он оттолкнулся от бьющейся в конвульсиях туши, едва избежав кровавого облака, и поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Наев вступает в схватку с другим рабом.
Костяной гарпун снова выстрелил первым, обезглавив существо с пустыми глазами.
Однако на этот раз Ночной Странник опоздал на долю секунды, чтобы уклониться от приближающейся атаки.
Несмотря на то, что раб лишился головы, хвост существа всё ещё летел вперёд, увлекаемый импульсом и инерцией. Длинный злобный шип на конце хвоста ударил Наеву прямо в грудь, легко пробив перламутровую панцирную броню и погрузившись глубоко в его тело. Затем он вышел из его спины.
Глаза Санни расширились.
«Нет…»
Но потом произошло нечто странное. Отпрыск Дома Ночи, казалось, не обратил внимания на страшную рану… и на самом деле, раны не было. Вместо этого тело Наева словно превратилось в жидкость — шип пронзил эту жидкость, а затем вылетел из бока Мастера, не оставив и следа. Секунду спустя Наев снова стал твёрдым и уже атаковал следующего раба.
Его движения были быстрыми, плавными и грациозными.
Санни отвёл взгляд в сторону и с помощью Греха Утешения отразил удар раба с пустыми глазами.
«…Отлично».
Позади них Кровавая Волна наконец-то добрался до прекрасного и то же время душераздирающего белого цветка.
Глава 1017
Падение Фалькон Скотта (35)
Чудовищная косатка прорезала багровую тьму, пикируя на неземной цветок струящейся белой ткани. Её пасть раскрылась, обнажив частокол ужасающих клыков. Её голубые глаза стали тёмно-красными, светящимися, как прожекторы, и полными убийственного намерения.