Шрифт:
Но что?
Между стычками с отвратительными рабами было не так много времени на размышления, в основном потому, что Санни приходилось проводить это время, наблюдая за тёмной водой вокруг себя и лихорадочно прикидывая, как и куда двигаться, чтобы выжить и занять позицию для следующей атаки.
И всё же, чем дольше продолжалась битва, тем сильнее становилось ощущение, что что-то не так.
«В чём же дело?»
Он мог бы сказать, что всё слишком легко, но это было не так — битва с сотнями грозных рабов под водой являлась одним из самых тяжёлых сражений, через которые ему пришлось пройти в Южном Квадранте. Санни не только расширил свои границы, но и перешагнул их, зайдя так далеко, что освоил совершенно новое измерение боя. Но даже тогда этого едва хватало, чтобы сохранить ему жизнь.
Возможно… возможно, дело было в том, что Ужас ЛО49 ещё не предпринял разрушительную ментальную атаку, или не провернул какой-нибудь другой дьявольский трюк.
Не то чтобы он и прямо сейчас делал недостаточно — на самом деле силы, которыми обладал бледный цветок, были поистине ужасающими.
Он управлял тысячами рабов, осаждавших порт, распространял свои чары через гарнизон крепости и солдат Первой Армии, стоявших на северном участке стены, управлял сотнями мерзостей, стремившихся убить Санни и Наева, и сражался с могущественным Святым… и всё это одновременно.
Просто Санни ожидал… чего-то большего. Горькое поражение, которое он потерпел в ЛО49, оставило след на его сердце. Хотя он не хотел признавать этого, правда заключалась в том, что Санни боялся Ужаса.
Был ли этот страх иррациональным?
«Мраморная Оболочка даёт мне высокую защиту от ментальных атак. В настоящее время это Вознесённый атрибут на один ранг ниже Ужаса, но он также усилен моими тенями. Кровавая Волна и Наев… Я не знаю, какие у них есть инструменты для защиты своего разума, но любой представитель великого клана должен иметь в своём распоряжении большой арсенал Воспоминаний…»
Возможно, истина была настолько проста — они втроём были слишком сильны, чтобы на них могло подействовать величайшее оружие Ужаса.
Он расправился с очередным рабом и ненадолго встретился с Наевом, после чего они вдвоём схватились за руки, чтобы толкнуть друг друга в разные стороны. В этот момент Грех Утешения вздохнул.
«Такой дурак…»
Санни поморщился, поднимая нефритовый цзянь, чтобы встретить очередного врага. Он уже привык к тому, что проклятый меч поражает все его самые сокровенные неуверенности: недостаток образования и интеллекта — в основном эмоционального — был одним из них.
Однако… почему Грех Утешения заговорил именно сейчас?
«О чём я думал?»
О том, что они втроём были очень устойчивы к самому мощному средству атаки Ужаса… а до этого — о том, сколько действий существо совершало одновременно, от борьбы с Кровавой Волной до управления штурмом портовой крепости.
Он продолжал убивать одного раба за другим, всё больше и больше отвлекаясь от ощущения надвигающейся гибели. Теперь его интуиция уже почти кричала.
«Я не понимаю… Я не понимаю… Чёрт!»
Санни, стиснув зубы, прорвался сквозь группу мерзостей. К счастью, их осталось гораздо меньше, так что у него было немного пространства для размышлений. Благодаря этому ему в голову пришла случайная мысль.
«Интересно, как дела у Дейла…»
И тут он замер, что едва не стоило ему глаза.
Дейл и другие защитники Фалькон Скотта, должно быть, уже уничтожили многих рабов на берегу.
И здесь, в глубинах океана, Санни и Наев тоже убили свою долю.
И Ужас… который был рассредоточен, контролируя их всех… был освобождён от бремени командования рабами. С каждой уничтоженной людьми марионеткой существо вновь обретало способность концентрировать все свои силы в одной точке.
Внезапно его до самых костей пробрал холод. Санни обернулся, чтобы увидеть битву между Ужасом и Святым. Но он опоздал на несколько мгновений.
Глава 1019
Падение Фалькон Скотта (37)
На некотором расстоянии от него бесплотный цветок внезапно закружился, его прекрасные лепестки вырвались наружу, словно поток белого шёлка. Призрачные щупальца из струящейся ткани устремились к наступающему Святому, слишком быстрые и коварные, чтобы от них можно было увернуться.
Пока Санни в страхе наблюдал за происходящим, голова Кровавой Волны окуталась шёлком, его светящиеся глаза исчезли из вида. Тело чудовищной косатки задрожало, слабо дёрнулось, а затем стало странно неподвижным.
«Боги…»
Он увидел и нечто гораздо более пугающее.
Два длинных лепестка уже летели сквозь тёмную бездну, приближаясь к Санни и Наеву. Они были быстрыми… слишком быстрыми. Неотвратимо.
У него не было времени ни уклониться, ни даже среагировать. Поблизости не было рабов, в чьих тенях можно было бы спрятаться, и не было достаточно времени, чтобы попытаться уплыть. Санни успел лишь броситься вперёд с Грехом Утешения. Нефритовое лезвие встретилось с белым лепестком, прорезав ткань. Небольшой кусок её отлетел в сторону, но лепесток ничуть не замедлился.