Александр
Шрифт:
– Чудесно. Выходит, все не так уж плохо. Ну, не будем терять времени.
– Не будем, – согласился Зар и, сев на солому, приготовился к тому, что сейчас они повторят эксперимент с огоньком, но старик остался стоять. Он сказал:
– Чтобы многое понять, дорогой мой, требуется достаточно мужества. То, что мы сейчас с вами делаем, мелочь в сравнении с океаном возможностей, заложенных в человеке.
Старик шагнул вперед и сразу сделался материальным.
– Этот мир принадлежит двум великим силам, и между ними идет война за лучший кусок, – сказал он. – Обе силы есть зло. Только одна из них – большее зло, а другая – меньшее. Тот, кто отказался от бездействия и стал на путь борьбы, так или иначе должен примкнуть к одной из сил. От его выбора будет зависеть исход пути.
Старик пристально посмотрел на Зара.
– До того, как попасть в Элам, я жил в Советской России, – продолжал он. – Там за всякую попытку борьбы с мировым злом людей жестоко наказывали. Карающая рука советской власти задела и меня. Но я сам виноват. Я двигался на ощупь, как слепец. Ошибки стали причиной невзгод. Прежде чем ответить на многие вопросы, мне пришлось пройти трудный путь совершенствования, повстречаться с некоторыми из хранителей древних знаний и теми, кто видит потустороннее. И все же, если бы выпал шанс пройти через все испытания заново, я пустился бы в путь, не раздумывая.
Он сделал еще шаг, и Зару пришлось задрать голову. Старик развел руки, поднял их к потолку. Из ладоней стали вылетать и двигаться навстречу друг другу плоские, похожие на пылающие монеты, огоньки.
– Когда вы заговорите с огнем на его языке, вы поймете, что вся природа состоит из огня. Материя, мысли и чувства – это тоже огонь. Тогда вы сможете демонстрировать его чистую энергию так же легко, как гнев или улыбку.
Он присел на одно колено, как и в прошлый раз.
– Вы – правша? – спросил Дмитрий Максимович.
Зар кивнул.
– В таком случае будьте любезны, вытяните перед собой правую руку.
Зар выполнил то, что было сказано.
– Ладонью вверх, пожалуйста. Вот здесь, в самом центре, на пересечении двух линий, находится точка Хора. Чувствуете? – Зар мог видеть только руки старика, а свои – ощущать. – Сделайте так, чтобы из этой точки появилась искорка, маленький огонек.
– Как? – удивился Зар. – А теория? Ведь вы меня этому еще не учили.
– И, тем не менее, вы уже знаете, как это делать, мой дорогой, – ответил старик. – Попытайтесь. Только будьте осторожны. Ваши способности велики по сравнению с умением их контролировать.
Да уж, подумал Зар и посмотрел на ладонь, вернее в темноту. Какие-то ощущения ему уже знакомы. Огонь – живое существо, с ним можно слиться воедино, он входит внутрь тебя, согревая, его можно оттолкнуть от себя, можно превратить в шар, но вот так запросто заставить загореться на руке! – верно, это задачка потрудней.
Зар сконцентрировался, стал воображать, что огонь уже горит. Ему казалось, он и впрямь чувствует жжение в ладони. Но огня не было.
– Может, научите меня более простому фокусу? – предложил он.
– О каких фокусах вы говорите? – недовольным тоном спросил Дмитрий Максимович. – Фокусы – это обман зрения. А демонстрация огня – это как разумный ответ на вопрос вашего собеседника. Маг говорит на разных языках, в том числе на языке огня.
Ответ? Зар встряхнул рукой, словно от этого, огню легче будет выйти из кисти, и снова сосредоточился.
Что значит: говорить на языке огня?
Давай, огонь, выходи. Загорись, запылай, вспыхни, только не обжигай меня.
– Нет, не получается, – сказал Зар через несколько минут. Он даже вспотел от усилий. – Когда была опасность я как-то случайно смог отогнать огонь. И в наших прошлых опытах я его чувствовал, но сейчас это мне не под силу. Скажите, что нужно делать. Может, дыхание специальное должно быть или еще что? Какой механизм?
Старик покачал головой.
– Когда вы улыбаетесь, вы ведь не используете для этого специальную технику, просто губы растягиваются сами собой, верно? Точно так же и с демонстрацией огня.
Значит, просто, как улыбка. Ответ собеседнику. Ну, как же. Ну, разумеется. Если мага о чем-то спрашивают, он просто протягивает руку, и на ней тут же вспыхивает огонек.
Зар убрал руку, потом выставил – и…
Ничего не изменилось.
Снова убрал и выставил. И опять ни черта не выходит. Тьфу ты! Да так хоть всю ночь промучиться можно. А толку?
Зар покосился на Дмитрия Максимовича. Тот терпеливо наблюдал за манипуляциями. Когда же он действительно начнет учить? Зар уже уяснил, что вопросы задавать бесполезно и решил подождать. Может, все-таки надоест старику смотреть на его муки, и он, наконец, объяснит, в чем секрет.
Прошло не меньше четверти часа. Рука уже начала уставать от этого положения «подайте Христа ради», а никакого прогресса не наблюдалось.
Неожиданно Зар спросил:
– А вам-то как удалось этому научиться?