Customer
Шрифт:
– - В бедных кварталах такое часто бывает. Зато посмотри под крышу -- видишь, там что-то поблескивает? Это око электронного следящего устройства.
– - Нас можно видеть изнутри?
– - Да, и каждое наше движение записывается на пленку.
– - И кто же нам нужен в этом доме?
– - Мацуяма-сан.
Они перешли на другую сторону улицы, стараясь не промочить ноги, а это было непросто, так как по мостовой несся бурливый поток, желтый от грязи и глины. <...>
На компаньонов нацелилось циклопье око радара и, видимо, осталось неудовлетворено осмотром, потому что из подворотни внезапно вылетели четыре свирепых барбоса, молчаливые, мрачные, бескомпромиссные. Мистер Смит взвизгнул и спрятался за Старика.
– - Не советую превращаться в какого-нибудь внушительного зверя, -- заметил Старик.– - Эти собачки все равно не испугаются. Им вообще неведом страх.
– - Что это за порода такая?– - пролепетал мистер Смит, клацая зубами.
– - Акиты. С четырьмя такими сторожами никакие запоры не нужны. Старик простер руку и сказал (разумеется, по-японски):
– - Сидеть.
Псы послушно сели и впились белесыми глазищами в Старика в ожидании последующих приказаний.
– - Неплохо, -- признал Смит.– - Однако собаки запросто могут и встать. Старик чуть опустил руку, повернул ладонь вниз.
– - Лежать.
Акиты улеглись, но взгляд их оставался все таким же сосредоточенным.
– - Может, пусть немножко поспят?– - предложил мистер Смит.– - А еще лучше, уснут надолго. Вечным сном, а?
Старик слегка зашевелил пальцами, словно играя гамму на невидимой клавиатуре.
– - Придется повозиться.– - Его голос зазвучал мечтательно, убаюкивающе.– - Ой, как же вам хочется спать, -- сообщил гипнотизер барбосам.– - Вам приснятся косточки... много косточек...
Собаки вовсе не выглядели сонными и неотрывно смотрели на Старика .
– - Я же говорю, придется повозиться.
– - Можно внести предложение?
– - Какое?– - раздражился Старик, считая, что мистеру Смиту в его жалком состоянии можно было бы обойтись и без умничанья.
– - Мне кажется, будет эффективнее, если ты поговоришь с ними не по-польски, а по-японски.
– - Я заговорил по-польски? Старею. И Старик перешел на японский собачий:
– - Вам очень хочется спать... Видеть сны о косточках... Внимательные глаза один за другим закрылись.
– - Вам снится, что в дом пробрались чужие...
Акиты нервно задергали всеми шестнадцатью лапами.
– - А вы их ка-ак цапнете за лодыжку...
Ощерились четыре клыкастые пасти, на мохнатых мордах выступила пена.
– - Ну вот... а теперь можно спокойно спать... спать... Псы погрузились в глубокий сон.
– - А они не проснутся до нашего возвращения?
– - Не проснутся. Идем.
Когда на пороге появились двое незнакомцев, в доме началась настоящая паника -- заметались какие-то уменьшенного размера женщины, по-средневековому закланялись, бормоча извинения, суетливые молодые люди.
– - Мацуяма-сан?– - обронил мистер Смит с высокомерием самурая, принесшего вызов на дуэль.
Челядь расступилась, словно воды морские, и пропустила компаньонов внутрь. Комнат в доме оказалось на удивление много, причем все были похожи друг на друга: голые стены, низкие столики, кое-где -- свернутые одеяла.
В самой дальней из комнат обнаружился старичок, сидевший на диковинном сиденье -- большой подушке с плетеной спинкой. Старичок был совсем древний, его усохшее, морщинистое личико разительно контрастировало с массивным, лысым черепом, где кожа напоминала гладкую поверхность барабана. Такая неравномерность натяжения кожного покрова, очевидно, доставляла Мацуяме-сан известные трудности: рот его был перманентно полуоткрыт, в уголке поблескивала слюна. Когда приходилось говорить, старичок произносил слова медленно и неуверенно, с натужным причмокиванием. Глаза (впрочем, обычно зажмуренные) были неопределенно-глиняного цвета и казались двумя узенькими шрамами. Несколько седых волосков обрамляли лысину сиротливыми травинками на берегу пруда.
– - Мацуяма-сан?– - вновь произнес мистер Смит. Едва заметный кивок.
Мистер Смит опустился на корточки и жестом предложил Старику сделать то же самое, однако тот предпочел сесть на пол.
– - Мы -- друзья. Приехали издалека, -- громко сообщил мистер Смит, резонно предположив, что старичок глух как пень.
Мацуяма-сан поднял узловатый палец, что означало: сейчас буду говорить, а вы уж решайте сами, слушать меня или нет. С иностранцами старичок говорил по-английски, с собаками и слугами -- по-японски.
– - Я видел, как вы обошлись с моими акитами.
– - Видели? Каким же образом?– - прокричал мистер Смит.
Высохший палец ткнул в какую-то кнопку на обширном пульте, и одна из бамбуковых стен уползла в потолок, обнажив целую когорту телевизоров -- их тут было по меньшей мере штук сорок, и каждый показывал какой-нибудь завод или цех. На самом крайнем экране светилась знакомая подворотня с мирно спящими собаками.
– - Сильный препарат.
– - Это не препарат, -- ответил мистер Смит, -- а самое настоящее чудо Господа Бога.