Private-Bookers
Питер Устинов
вернуться

Customer

Шрифт:

Мацуяму-сан эти слова несказанно развеселили, и он затрясся в беззвучном смехе.

– - Что тут смешного?

– - Бог.

Старик принял вид оскорбленного достоинства, а хозяин дома непостижимым образом внезапно перешел от веселости к ярости. Он злобно ткнул пальцем в другую кнопку -- в комнату, низко кланяясь, вошел молодой человек в кимоно. Мацуяма-сан показал ему три пальца, потом еще два.

– - Тридцать второй экран, -- шепотом повторил секретарь и издал неповторимо японский звук, выражавший гипертрофированное неодобрение и более всего похожий на приглушенное гудение тромбона в нижнем регистре.

– - Что случилось?
– - поинтересовался мистер Смит.

Молодой человек посмотрел на Мацуяму-сан -- можно ли ответить. Разрешение было дано -- таким микроскопическим кивком, что заметить его мог только человек привычный.

– - На заводе номер тридцать два, в префектуре Яматори, где компания производит турбины для подводных лодок и электронные синтезаторы, две минуты назад закончился обеденный перерыв, а кое-кто из служащих до сих пор смеется.

Секретарь взял телефонную трубку и нажал две кнопочки -- очевидно, линия была прямой. Произнеся несколько отрывистых, сердитых фраз, молодой чело-

век вновь устремил взгляд на экран номер тридцать два. Работницы расходились по рабочим местам. Мацуяма-сан повернул рычажок, чтобы включить звук. Появился начальник, выкликнул по бумажке два имени и принялся отчитывать виновниц, которые замерли на месте, низко кланяясь и чуть не плача. Все это было похоже на сцену наказания в каком-то зловещем детском саду.

– - Что происходит?
– - спросил любопытный мистер Смит.

– - Сотрудниц клавишного сектора синтезаторного цеха наказывают за смех после окончания перерыва.

– - И какое наказание?

– - Штраф. Половина недельной зарплаты. Если повторится еще раз, будут уволены. А если будут уволены, то не смогут найти работы ни в одной солидной японской компании в течение пяти лет. Такое соглашение подписали крупнейшие корпорации по инициативе господина Мацуямы, который владеет крупнейшей из крупнейших корпораций.

– - Такая страшная кара за хихиканье после окончания перерыва?

– - И за хихиканье до начала перерыва тоже.

– - Ну, а во время перерыва хихикать можно?

– - На то он и перерыв, чтобы отхихикаться.

– - Тяжело, наверно, приходится неисправимым хохотушкам. Этого замечания Мацуяма-сан, судя по всему, не понял и решил не полагаться на клеврета -- внести собственную лепту в разъяснение:

– - Мацуяма-сан дает работу двум миллионам человек, -- сказал он о себе в третьем лице и показал два пальца.

– - Не может быть!
– - ахнул Старик.

– - Так вы -- Бог?

– - Бог.

Японец игриво хмыкнул и поднял палец.

– - А меня зовут Смит!
– - крикнул мистер Смит.

– - Американец, -- констатировал Мацуяма-сан.

– - С чего вы взяли?

– - Бог тоже американец. Старик и мистер Смит переглянулись.

Трудно было понять: то ли Мацуяма-сан в полном маразме, то ли имеет склонность к иронии.

– - А кто Бог, если не американец?
– - на пределе доступной в его возрасте веселости сказал японец.
– - Разве Америка -- не любимая страна Бога?

Старик пришел к выводу, что это высказывание носит явно враждебный характер, и решил сменить тему разговора:

– - Странно, что такой богатый и могущественный человек живет в бедном районе.

– - Бог не понимает?
– - спросил Мацуяма-сан, и лицо его помрачнело, сделавшись до жути похожим на маску смерти.
– - У японцев не один бог. Много. Японцы почитают семью, предков. Я не почитаю предков. Мои предки плохие. Из-за них я все должен был делать сам. Родился здесь, в этом доме. Предки тоже. Повара, плотники, лудильщики, воры. Всякие. Много родственников. Старые, молодые, совсем маленькие. Дяди, тети, двоюродные, троюродные. Все здесь. Шум, гам, никакой тишины. Теперь тут я один. Много тишины, много мыслей, много рассуждений. Братья все умерли. Сестры все умерли. Дети или умерли, или живут в больших домах с бассейном, водопадами, мостиками. Богатые. Пикники устраивают. Два сына были камикадзе. Топили вражеские корабли, погибли. Один в конце войны убил себя. Ему стыдно было. Кому как повезло. Я остался живой. Хранил японские традиции. Двум миллионам дал работу. Скоро еще дам. Вражеских кораблей больше не топим. Устарело. Топим вражеские автомобили, телеви-

зоры, видеокамеры, часы, аудиотехнику. Другие времена/Добра и зла больше нет. Устарели. Другой критерий. Будущее. Эффективно или нет. Иметь или не иметь. Самураи снова воскресли. В бизнесе. Теперь дуэль на собрании акционеров.

– - Минуточку!
– - взорвался Старик.
– - Вы хотите сказать, что понятие эффективности -- неэффективности вытеснило добро и зло? Я вас правильно понял?

– - Очень правильно. Новое измерение в поведении человечества. Конкуренты тоже говорят про эффективность, но не доводят до логического конца. У них комиссии по контролю качества и прочая ерунда, а хихикать в рабочее время можно. Качество и хихикать несовместимо. Никаких компромиссов в борьбе за тотальную эффективность. Формула такая: тотальная эффективность есть тотальная добродетель.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 35
  • 36
  • 37
  • 38
  • 39
  • 40
  • 41
  • 42
  • 43
  • 44
  • 45
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка