— Всё будет хорошо.

— Если она не найдётся… — всхлипнула она. — Они пришли за нами. Они пришли за мной и за Джонни — и всё из-за того, что мы сбежали и оказались там, где не должны были быть. Я слышала, как они стреляли в Майло, понимаешь? Джонни побежал, но…

Хватка Нун стала крепче.

— То, что на вас напали какие-то бездушные твари, — не твоя вина, Саммер. Это дерьмовая случайность.

Она хотела ей поверить, но вина выжигала её изнутри. Ей следовало побежать за Амандой. Она знала этот лес, они могли бы спрятаться вместе. Господи, она могла сделать столько всего по-другому…

Они сидели в обнимку, пока до них не донёсся звук быстрых, тяжёлых шагов, хрустевших по гравию снаружи. Дверь большого деревянного здания распахнулась, и появился Майка, а за ним Уиллард, сам Джонни и Грант, отец близнецов. Всех взрослых пум, находившихся поблизости, подняли на ноги среди ночи, чтобы прочесать лес в поисках пропавшей человеческой девчонки.

Саммер выпрямилась с надеждой и встретилась взглядом с Майкой. Она даже не заметила его шрамов — только синие глаза под взъерошенной каштановой челкой. Бета стаи лишь выдохнул. У девчонки всё внутри оборвалось.

Именно её отец опустился на колено перед диваном, на котором они сидели.

— Мы нашли её след примерно в трёх километрах от вышки. Она бежала довольно долго, прежде чем остановиться — мы думаем, чтобы перевести дух. Там появились другие следы. — Саммер начала леденеть, холодеть, замерзать — даже несмотря на сестру-близнеца под боком и отца, сжимавшего её ладони. — Там были другие охотники, и, похоже, они наткнулись на неё. Судя по найденному дротику, её накачали дрянью и утащили к машине, стоящей на самой границе нашей территории. Джунипер уже работает с камерами в том районе, пытается засечь её, чтобы узнать номера, маршрут — хоть что-нибудь…

Саммер посмотрела на свои пальцы, переплетённые с пальцами отца. Под ногтями всё ещё оставались грязь и кровь. Когда она помылась бы в душе, они смылись бы.

Как и её лучшая подруга.

Глава 12

Реми

Как бы больно нам ни было это признавать, шифтеры превосходят нас, и я имею в виду не только их физические данные. Их чувство общности и привязанности даёт нам тысячу очков вперёд. За исключением ничтожного процента одиночек (и одичавших), любой морф скорее отрубит себе руку, чем причинит вред члену стаи без веской на то причины. И это гораздо большее, чем можем сказать о себе мы, люди.

Этоморфолог ХИМЕНА УОЛШ, пионер социальной этоморфологии

Инайя сорвала латексные перчатки и с силой швырнула их в медицинский саквояж. Агрессивный жест, который целительница демонстрировала крайне редко.

— Это просто… — Закипая от гнева, она подбирала слова: — Я никогда не видела ничего подобного.

— Расскажи мне всё, — попросил я её. — И не упускай деталей, пожалуйста.

Я всю ночь сновал туда-сюда к укрытию, выходя на улицу только тогда, когда не оставалось иного выбора. Солнце встало уже давно, и новость о том, что пятнадцатилетний человеческий подросток погиб неподалёку от территории Чёрных Клыков и Кровавой Земли, со скоростью порохового дыма разнеслась по всему Орегону. Многие СМИ умалчивали причину смерти — два выстрела почти в упор.

Куда сенсационнее было намекнуть, будто пума или медведь потехи ради лишили жизни подростка.

Меня ждали важные звонки и электронные письма. Основной приоритетной рутиной занимался Майка, но существовали разговоры, которые я обязан был вести лично как альфа. Например, с бившейся в истерике мэром Корваллиса и рассвирепевшей председательницей Национального совета шифтеров. Не говоря уже о полиции штата и рейнджерах. Ах да, ну и Кровавая Земля наверняка захочет узнать, какого, мать его, чёрта произошло и почему они снова окажутся в эпицентре медийного внимания.

У нас имелось достаточно доказательств для защиты, но многие используют смерть невинного человека для продвижения антиморфной политики.

Каждый раз, выходя из укрытия, я твердил себе, что не обязан бежать обратно. Что о ней заботятся, а тревога у меня внутри вызвана всем тем дерьмом, что стряслось за считаные часы.

А потом я снова ловил себя на том, что спускаюсь по лестнице укрытия и шагаю по обшитым дубом коридорам к комнате, где мы её разместили. Чёрные Клыки владели более чем двумя десятками подобных укрытий, рассредоточенных по всей территории, и все члены стаи знали их расположение и пароли доступа. Им было больше ста пятидесяти лет, но с течением времени их постоянно модернизировали.

Бетон зашили деревом для создания тёплой атмосферы, установили системы акустического усиления, двери замаскировали, а каждый внутренний блок оснастили всем необходимым на случай ЧС: длительно хранящимися продуктами, резервуарами с фильтрованной водой, медпунктом, зонами отдыха, небольшим оружейным арсеналом и запасным выходом.

Фэй находилась в комнате рядом с медпунктом, на кровати более удобной, чем операционная кушетка. У неё не было открытых ран или чего-либо, что на первый взгляд угрожало бы её жизни. Инайя высказалась на этот счёт предельно чётко. Но женщина вот уже несколько часов обследовала её с особым пристрастием. Для удобства работы она переодела Фэй из её одежды в чужую пижаму.