Шрифт:
Я, без единого слова, протянул руку Чжу Сяню, раскрытой ладонью вверх.
Чжу Сянь посмотрел на мою окровавленную ладонь долгим изучающим взглядом, и в глазах его мелькнуло что-то похожее на удивление. Он видел: я не требовал, не просил, не клянчил и не пытался выторговать чего-то да побольше. Я просто открывался ему, делал первый шаг вперёд, оставляя выбор за ним самим.
Он осторожно взял мою руку и пожал. Пальцы его оказались холодными и жёсткими, как корни деревьев, что уходят глубоко под землю, туда, куда не доходит солнечный свет.
— Ты не просишь, — тихо сказал он, разглядывая наши сомкнутые ладони. — Ты просто открываешься. Почему?
— Потому что не хочу, чтобы ты был моим должником и не хочу быть должником тебе, — ответил я так же тихо. — Я хочу, чтобы ты был моим союзником, а союзник сам решает, хочет ли прийти на помощь или нет.
Чжу Сянь долго молчал, и в этом молчании я снова ощутил ту же весомую тишину, что царила между мной и Тигром прежде. Эта тишина была наполнена смыслом куда более глубоким, чем любые торопливые заверения.
— Я приду, — сказал он наконец. — Я хочу возмездия, и я одолжу тебе свою силу.
Он отпустил мою руку и отступил в клубящийся серебристый туман, растворяясь в нём медленно, будто его плоть состояла из той же зыбкой субстанции, что и пространство вокруг. Чэнь Шань молча последовал за ним, не произнеся больше ни слова, только коротко кивнув на прощание.
Когда туман сомкнулся за их спинами и снова рассыпался звёздами, я почувствовал в своей ладони что-то маленькое и твёрдое. Подняв руку, я увидел семечко, не похожее ни на одно из тех, что мне доводилось видеть прежде. Оно было тёмное, гладкое и с едва заметным золотистым отливом, будто внутри него была заключена крошечная искра жизни.
Тигр смотрел на меня всё это время молча, но теперь заговорил снова, и голос его прозвучал весомее и глубже прежнего:
— Ты сделал правильный выбор, — сказал он. — Но запомни хорошенько, Бай Шу: духи — не твои слуги. Они твои союзники. Никогда не путай эти две вещи, иначе однажды заплатишь за эту ошибку куда дороже, чем можешь представить.
Я почувствовал, как внутри потихоньку появляется знакомое напряжение, не предвкушение битвы и не азарт охоты, а спокойная уверенная готовность принять всё, что бы ни случилось дальше.
— Помни, что ты всегда можешь обратиться за помощью, — добавил Тигр. — Ты не один, но помни и другое: ты не хозяин, ты — соратник. И это тяжелее, чем быть хозяином, поверь мне.
Я кивнул, чувствуя, как эти слова укладываются где-то глубоко внутри моей души, становясь ещё одной опорой в добавок к прежней простой вере в свою силу и собственную непобедимость.
Я закрыл глаза, и звёздное пространство вокруг начало таять, растворяться, утягивая меня обратно, в реальность, туда, где ждало моё измученное, но живое тело.
????=
[*] Колесо сансары (Бхавачакра) — это бесконечный круговорот рождений, страданий и смертей (реинкарнаций), управляемый законом кармы в восточных религиях, таких как буддизм и индуизм.
Глава 14
Большая рыбалка, часть 7
Я открыл глаза, будто резко вынырнул на поверхность из глубокого омута. Надо мной был знакомый полог палатки, и сквозь плотную ткань пробивался яркий дневной свет. Тело почти не болело и скверна внутри больше не ощущалась: напиток Чэнь Шаня, судя по всему, сделал своё дело. В груди теперь горел тихий и ровный огонь: там было новое, незнакомое прежде ощущение, будто внутри поселился кто-то ещё, кроме тигра. Будто у меня в груди прорастает маленькая травинка. Это было одновременно и щекотно, и раздражало, и постоянно хотелось почесаться.
Ладонь я разжимать не спешил, но чувствовал, как в ней покоится то самое семечко, едва уловимо пульсирующее знакомой и слабой силой духа-ягуара.
Я поднялся на ноги, медленно и осторожно проверяя, слушается ли тело, и в этот момент увидел Лу Яна, застывшего у входа в палатку с выражением искреннего беспокойства на лице. На его скуле уже пожелтел здоровенный и всё ещё хорошо различимый синяк.
— Господин, вы были без сознания три дня! — воскликнул он, бросаясь ко мне, будто боялся, что я вот-вот снова упаду.
— Так долго, — пробормотал я, поражённый этой новостью куда сильнее, чем ожидал. — Неплохо так вздремнул. Змей появлялся за это время?
Лу Ян покачал головой.
— Тогда мне нужно увидеть настоятельницу и командира, — сказал я, чувствуя, как в голове начинает выстраиваться план, ещё смутный и ещё не до конца оформленный, но уже достаточно ясный, чтобы начать действовать.
— Сейчас же сообщу им, что наследный князь очнулся! — с готовностью откликнулся Лу Ян и бросился прочь из палатки, едва не запутавшись в пологе.