Данте открыл рот, чтобы что-то съязвить, но не успел.

— Нигма! — громко сказал Мо. — Открой переход к лифту!

— Открываю, маг-зеро Мбаппе! — ответила Нигма будто со всех сторон сразу: видимо, по периметру здания были помещены скрытые динамики.

В ту же секунду в бетонном полу прогудело и скрипнуло, затем щелкнуло, после чего часть ящиков сдвинулась в сторону вместе с частью пола.

Открылся узкий прямоугольный проход с лестницей, ведущей на нижний уровень крепости, где виднелась кабина лифта.

— Бункер? Серьёзно? — выдавил Данте, шагнув назад и скривив мину недовольства.

Саваж промолчала, но на её лице радости я тоже не заметил.

Значит, не у меня одного возникло чувство, будто нас троих загоняют в подвал, а потом хрен выпустят.

— А почему гизон и его охрана вошли в башню рядом, а нас направили сюда? — нахмурился я. — Лучше уж разместите нас где-нибудь в казармах.

— Это приказ главы крепости, маг-зеро Терехов, — покачал головой Мо. — Но Нигма только что передала твои претензии руководству.

Я вскинул брови.

Вот это скорость. Стоило мне хоть что-то возразить, как мои «претензии» уже отправлены на рассмотрение. А Нигма хороша!

Лицо Мориса Мбаппе снова стало суровым и серьёзным, а всё панибратство мгновенно исчезло, будто его и не было минуту назад.

Мы посмотрели друг на друга, и вот теперь я отчётливо увидел в глазах Мо настороженность, даже недоверие. Возможно, он тоже считал, что я последняя сволочь, раз вот так просто взял и заключил перемирие с врагами.

Да уж, моя Сделка с Королевой не спасала меня от ненависти.

Я перестал быть своим среди своих, и это ощущалось всё сильнее.

Через пару секунд в моём наушнике неожиданно заговорил учитель Зевс, на удивление спокойный (видимо, он как раз отправлялся на Совет, когда получил оповещение о моих «претензиях»):

— Терехов, иди в бункер, не артачься. Это безопасно.

— А Прометей… — начал я.

— Прометей под охраной. У тебя будет прямой доступ к ангару прямо из бункера. Всё уже согласовано. А сейчас иди вниз. И свою группу захвати. Живо! Оставайтесь там, пока я не приду!

Он всё-таки повысил голос, будто от раздражения, причем намеренного и даже демонстративного, но между строк я всё равно уловил несказанное: «Давай без паранойи, Стас. Но не забывай, о чём мы говорили».

— Понял, учитель, — ответил я.

Без паранойи так без паранойи.

Саваж тоже что-то прослушала в своём наушнике и сразу же посмотрела на меня. Видимо, получила похожие наставления от Зевса. Ну а потом и Данте нахмурился и вздохнул.

Мы втроём переглянулись.

— Ну что? — спросил я у них. — Отправляемся на восьмой этаж за шикарным видом? Или вы темноты боитесь?

На подземном лифте мы спустились на восьмой этаж.

На минус восьмой этаж.

Никакого шикарного вида на город, как мечтал Данте, тут, конечно, не открывалось. Зато восьмой подземный уровень действительно напоминал гостиницу: тихий длинный коридор со светильниками на стенах и множество дверей по обе стороны.

— Здесь сейчас никто не проживает, — ответил Мо на мой неозвученный вопрос. — На этом этаже будете жить вы трое и ваш куратор Зевс. И ещё существо без магии, но его приведут позже. Сначала его проверят наши эксперты.

Он проводил нас до самых дальних комнат с табличками «10–01. Терехов», «10–02. Саваж» и «10–03. Данте». Все они размещались на одной стороне коридора, по соседству.

— Душ общий на каждые три номера, как я уже говорил, ваш в конце коридора, — добавил Мо. — Еду доставляют по расписанию. Эвакуационные выходы увидите на карте. Есть прямой выход в ангар. — Он вдруг заторопился. — Так, ладно. Остальное вам Нигма объяснит, а мне пора. Ещё надо с гизоном разобраться.

Мо развернулся и уже собрался свалить, но я ухватил его за плечо и снова повернул к себе. Хватка получилась слишком уж грубой.

— Ты чего? — возмутился Мо от неожиданности и дёрнул плечом, но я всё равно его не отпустил.

— Передвижение по крепости свободное?

— Ну ясное дело! Нигма везде откроет двери! — вскинул брови Мо. — Ты же не заключённый! Ты объект охраны первой степени!

— А ещё он у нас чересчур подозрительный пацан. — Данте вклинился между мной и Мо. — Дай ему уйти, Стас. Человек спешит, ты же видишь. Чего ты в него вцепился? — Он повернулся к Мо. — Извини его, Мо. Не обращай внимания. Это нервное переутомление после долгого перехода через горы, сражений, сделки и прочей неважной ерунды.