— И что мне теперь делать?

— Как — что? В наследство вступать. Порядок наводить. Краски земле возвращать! Без Хозяйки-то всё в упадок пришло. Нечисть разлютовалась. Житья никому не дает. Да ты сама все прознаешь, когда народ потянется.

— Зачем потянется?

— Так за подмогой! Я тебе по первости подскажу что и как. А дальше — сама.

С тем, что ей придётся остаться в Замошье Дуня смирилась не сразу.

Присев на продавленный диван, уныло оглядела грязь и разруху бесхозного жилища. Начинать уборку совсем не хотелось. Да и не было сил после поездки в Степное и неожиданного переноса сюда.

— Мне бы домой, — почти умоляюще Дуня взглянула на топчущуюся напротив Марыську, но та только прянула ушами раздраженно и пояснила как маленькой:

— Не выпустит тебя. Даже не думай об том.

— А вдруг выпустит? Если ты поможешь! — не отставала Дуня. — Мы же можем попробовать!

— Не в моей компетенции это! — буркнула коза и вяло зевнула. — Белена только в одну сторону дорогу отворяет.

— Но ты же бываешь у… нас?

— Я-то иное дело. У меня пропуск есть. — коза сунулась мордой к Дуниным коленям. — Вишь пятнушко? То знак. Он меня здесь и держит. Как понадобится — так обратно притягивает. А на тебе знака нет, да и не нужен он. У тебя, хозяйка, другая миссия!

Заявление про миссию прозвучало настолько комично, что Дуню разобрал смех.

Вот ведь как обстоятельства сложились — попала не пойми куда и беседует с ученой козой.

Дуня долго не могла успокоиться и даже начала икать.

— От истерики у прежней хозяйки травки хранилися. Только в подпол я сейчас не полезу. Очистить его надо прежде. Помощники тебе нужны. Старого домового соседка сманила. Но то и хорошо — злющий был до невозможности. Как прежняя хозяйка. Так что домовой первым делом у нас в списке. И кикиморка ему под пару. Вместе и дом обиходят. И перекус какой-никакой сообразят. По соседям пробегутся, если чего понадобиться. Кикиморку мы после приманим. Сначала домового выберем.

— А ты разве не помощница? — Дуня только ресницами хлопала слушая такие речи.

— Я? — взмекнула Марыська с возмущением и недовольно поддернула обрубком хвоста совсем как кошка. — Я секлетарь! По другой части то ись. Подсказать чего тебе. Присоветовать. А помощники — те для черновой работы. Ну и по кухонным делам. По хозяйству.

— Откуда ты знаешь такие слова?

— Это какие? — коза заинтересовано пожевала губами.

— Ну… Миссия. Секретарь. Компетенция.

— Дык мотаюся к вам. Вот и понахваталася. Ну, и от пришлых.

— Пришлых? Здесь есть еще кто-то с нашей стороны?

— Есть. Кандидатки на роль Хозяйки.

— И у всех ты секретарем?

— Зачем я? Другие имеются. Одна деваха в доме у бабки Кули обосновалася. Вторая в пустом. Бесхозном, вроде этого.

— Если так, то почему ты называешь хозяйкой меня?

— Ндравишься ты мне. Не языкатая. Смирная. Истериков на публику не устраиваешь. В обмороки не хлопаешься. Лучшее подходишь на должность, чем те. Но поглядим. Время покажет какая из вас с делами ловчее управится.

— Время? — Дуня уже ничего не понимала. — Мы должны устроить что-то вроде соревнования??

— Зачем. Хотя было бы весело поглядеть. А ну-ка девицы и все такое, — всхрукнула коза и слегка боднула Дуню в коленку. — На самом то деле каждая будет себе жить-поживать, хозяйство обустраивать. Деревню поднимать. И у которой получится — та и останется хозяйствовать.

— А как вы узнаете — у какой получилось?

— За то не волнуйся. Прознаем.

— А другие. Что с ними будет?

— Хозяйка как в силу войдет — обратно отправит. Если захочет, конечно.

— Хозяйка сможет их вернуть?

— Ага. На то она и Хозяйка!

Это безапелляционное заявление немного взбодрило Дуню. Шанс выбраться отсюда всё же был! В то, что она подходит на роль хозяйки этих мест Дуня не верила — не чувствовала в себе ни силы, ни особенностей, ни, главное — желания заниматься не пойми чем.

— И что ждет тебя дома? Очередной визит мертвячки из сна? Не боишься, что заберет тебя? Там, где она обретается, будет похуже чем здесь. Если ты вообще сможешь что-то чувствовать! — внутренний голос постарался осадить Дунину радость, и коза в унисон с ним мрачно подтвердила: «Вертаться обратно тебе нельзя. Уведёть!»

— Кто? — вздрогнула Дуня.

— Да неупокоенная же! Из твоей родни. Является же? Манит?

— Ты подслушала Феодору Панкратовну?

— Очень надо! Без неё всё вижу.

— Что видишь?

— Да след. Во взгляде проявляется. У таких как ты взгляд другой.

— Нормальный у меня взгляд… — до сих пор ничего странного Дуня за своими глазами не замечала.

— То ты так думаешь. А нам видно.

— Кому это вам? Что видно? Объясни!

— Сама разберешься как время настанет! А только нельзя тебе с ней! Она молоком кормила? Кормила. Теперь должок забрать хочет!