Шрифт:
— Слишком ранний и сильный Дар поглощает ребенка. Ты говоришь Дар не разумен…может и так, но я видел другое, видел как Дар берет управление телом ребенка на себя, а тот даже не осознает своих действий, и постепенно от него не остается…ничего. Только оболочка. А сам Дар, получив свободу, ищет место и возможности быстро стать сильнее. Не буду вдаваться в подробности. Было и было. Лучше тебе такого не видеть.
Я кивнул, хотя вопросы уже были готовы сорваться с языка.
— Поэтому, Элиас… — вздохнул Кирос, — Давай честно смотреть на вещи. Мы не знаем, откуда берется Дар. Мы не знаем, какой силы он будет, мы не знаем, у кого именно он проявится. Так как мы можем с такой уверенностью заявлять, что он «не разумен»? Просто у взрослых такой проблемы нет. Их воля, их сформированное сознание просто не замечают воздействий Дара и они подчиняют эту силу себе. Но ребенок… ребенок совсем другое дело.
— Дед про такое никогда не рассказывал, — сказал я.
А вот отец Элиаса о подобном не мог не знать. Решение «заглушить» пробужденный Дар выглядело теперь еще более логичным.
— Потому что мало кому доводилось такое видеть, — вздохнул Кирос.
— Ну а Тран и сам, наверное, знает о таких… опасностях, — задумчиво произнес я.
— Может и так, — не стал спорить Кирос. — Но тщеславное желание некоторых родителей пораньше пробудить Дар и сделать своего ребенка «особенным» часто приводило к трагедиям. Я просто взгляну на девочку и…напомню ему об этом.
— У нее, кстати, день рождения скоро, — вспомнил я. — У девочки. Через два дня.
Кирос кивнул и посмотрел на копошащихся в камнях огненных ящериц. В его глазах мелькнула какая-то мысль, и я догадался какая.
— Э, нет, — со смешком покачал я головой, перехватив его взгляд. — Это будет мой подарок.
Мы с Киросом тихо рассмеялись.
Но подумать мне было о чем. Кирос много рассказал. И судя по тому как и какими словами он говорил, не удивлюсь, если он в отличие от Грэма умеет читать и писать. Может даже книги у него в доме есть? Надо будет поинтересоваться.
Я проснулся и мысленно прокрутил в голове события вчерашнего дня. Вернее, его остатка.
После разговора с Киросом я сходил к Кромке, постоял среди деревьев и восстановил резерв живы до нормального уровня. Дед тем временем, пыхтя и ругаясь на больные ребра, закончил-таки делать часть забора. Вышел этот забор, конечно, кривоватым и неровным, — оно и понятно, Грэм спешил, — но свою главную функцию выполнял — закрывал брешь, которая образовалась от расширения.
Потом, когда Кирос ушел к себе, мы с Грэмом провели очередной сеанс «отхаркивания» черной хвори с помощью моей грибной смеси. Ну и всю эту черную хворь я скормил Виа и она повысила уровень своей устойчивости еще на 1,5%.
Остаток вечера я посвятил тренировке того единственного, что не требовало огромного количества живы — навыкам охотников. Я долго это откладывал, но лимит анализов подошел к концу, для варки ингредиентов не было, а за новыми идти было уже поздно. Для того же дистиллята просто не хватало сырья.
Уплотнение теперь давалось мне значительно легче. После перехода на вторую ступень Дара я стал гораздо тоньше ощущать течение живы в собственном теле. За пару часов упорной практики я сумел продвинуть навык на целых 7% и теперь он достиг 11%.Теперь я мог покрыть всю руку от плеча до кисти плотным, невидимым слоем живы, который должен был сработать как слабенький доспех, смягчая удары тварей. Основной проблемой оставалась недостаточная скорость покрытия руки. Мне требовалось время, секунд пять-десять, чтобы слой живы начал расползаться и покрывать руку. Это слишком медленно, поэтому первой целью с этим навыком я поставил сократить время «срабатывания». Но за один вечер нормальных результатов, конечно, было не добиться. Нужна ежедневная практика. Потратил я время и на укоренение, без которого я не смогу нормально применять рывок и усиление. Но укоренение уже было знакомым навыком, и мне даже подсказки Грэма не требовались, чтобы в нем прогрессировать. Достаточно было просто продолжать тренировки и делать то, что я делал раньше. Укоренение тоже сдвинулось на 4% и достигло 25%.
Уже под самую ночь я сел за разбор корзинки с насекомыми, которую принесла Лира. Всех повторяющихся насекомых я отдал Седому (в отдельную плошку), а по одному экземпляру оставил себе. Не только для того, чтобы знать их свойства, а еще и затем, что гнилодарцев с Даром управления насекомых немало (я помнил гниющий коридор, в котором на меня смотрели подчиненные не только Гнусу и Лире насекомые) так что неплохо бы знать какое насекомое насколько опасно, потому что у меня сейчас в этом отношении был огромный пробел.
Я вздохнул и поднялся. День был вчера насыщенный, и сегодня его нужно провести не менее продуктивно.
После короткой разминки я вышел наружу и тут же умылся ледяной водой из корыта. Вода была чистой и свежей, значит Грэм успел уже наносить новую. Сейчас он возился у забора, подстругивая бревнышки и рядом с ним суетился Шлепа. У меня даже возникло ощущение, что старик решил переделать наш довольно хлипкий забор в что-то…более мощное и надежное. Я не стал его отвлекать и окликать. Пусть работает, иногда подобная работа именно то, что нужно человеку, чтобы не думать ни о чем плохом.
Я взглянул на сад. Седой лежал прямо у живосборников, обожравшись насекомыми, которые дала Лира. По нему ползали жужжальщики, но он на них просто не обращал внимания. Даже интересно, насколько вырос процент его трансформации? Сейчас проверять не буду, Анализ мне еще пригодится. Вот если будет свободный к концу дня, то использую.
Улитка была возле корытца, где я выращивал лунный мох и тянулась к нему. Смолопряд застыл на куске черного дерева, оставляя после себя капли.
Да…идиллия. Подошел к золотому женьшеню и проверил как «заращиваются» места, где я отщипнул куски для создания рубинового корня. Что ж, они затянулись, но еще не заросли полностью. Нужно понять, сколько понадобится времени на полноценное восстановление. Я взял смесь гидролатов, намазал места «ран» и дал ему порцию живы, которую он моментально поглотил. Да уж, если б не он…то рассветница была бы мертва. Вовремя Нурл с остальными гнилодарцами добыл мне это ценное растение. Очень вовремя.