Шрифт:
Вот оно что…
Именно так и нужно тренировать мое «чувство живы»! Сесть за стол, закрыться полностью от симбионтов, связей и посторонних звуков, замотать глаза и чувствовать. Я пытался ощущать большие «объекты» потому что так было проще, и так я впервые почувствовал живу, но на самом деле если развить это чувство, оно не менее важно для алхимии, чем просто для выживания в лесу. Просто это два разных типа тренировки. «Общее» ощущение живы нужно тренировать в лесу, а оттачивать навык дома, в покое. Если расставить перед собой кучку разных типов живы в виде трав, можно натаскать свое восприятие на их интуитивное определение.
Я безошибочно назвал все виды мяты Хабену. Чуть задержался на огненной и земляной. Солнечная была простой — она «сияла» своей живой больше всех. А ведь Хабен использовал состав, который не просто сохраняет эти листья, ему даже удалось запечатать остатки живы в них. Мне стало еще интереснее, что же это за состав.
Хабен стянул с меня повязку.
— Неплохая память, — одобрительно кивнул он. — Даже отличная.
Я понял, что для этого всё и задумывалось. Посмотреть на мою память и как быстро я схватываю запахи.
— Так, а теперь еще раз понюхай зелье и скажи, что ощущаешь на втором слое.
Он чуть посильнее всколыхнул бутылочку и протянул мне.
Я снова взял пузатую бутылочку и глубоко вдохнул. Теперь, отбросив верхнюю ноту золотой мяты, я почувствовал более глубокий, землистый запах.
— Какое-то дерево… кора. И что-то еще, тяжелое, — сказал я, вновь принципиально не используя знания, полученные от Системы. Я ориентировался сейчас полностью на свой нюх.
— Верно, — кивнул Хабен. — Как и с мятой, нужно четко уметь определять кору и корни древ. Разных. Потому что очень часто в отварах и зельях они используются как основа, как тело. В эликсирах уже реже, там идут более сложные ингредиенты и эссенции. Но до эликсиров тебе еще далеко. А тут, в этом зелье — кора каменного древа. Ты никогда ее не встречал. Если запах тебе не знаком, просто описывай как его ощущаешь и ощущаешь ли вообще, понял?
Я кивнул. Хотелось вновь спросить: «А где растет?», но я уже понял, какой будет ответ. Впрочем, возможно Грэм и так знает, где растут подобные деревья. Хотелось увидеть древо, которое наградили таким названием.
Затем Хабен забрал флакон, закрыл его, еще раз встряхнул, уже посильнее, открыл и сунул мне под нос.
Я чуть не поперхнулся. Запах был сильным, резким, пробивающим до самых легких. Как я мог не почувствовать этот запах сразу?
— Что-то сильное… кислое. Не могу понять, — поморщился я. — Аж нос обожгло.
— Эссенция кислотника, — удовлетворенно сказал Хабен, затыкая флакон пробкой. — Получается из ягод одноименного растения.
— А для чего это зелье? — спросил я,
— Большое зелье бодрости — ответил Хабен. И я знал, что он не соврал.
Я задумался о другом.
— Зелье бодрости? Но разве мята не успокаивает? А кислотник, по логике, не должен ли… кхм… бодрить? Как они работают вместе?
Что-что, а «бодрящих» отваров я пока не варил. Как и зелий и эликсиров, а свойства у него очень полезные. Иметь в запасе такой будет неплохо.
— Они уравновешивают друг друга, Элиас, — пояснил Хабен. — Эссенция кислотника слишком сильна, она может сжечь каналы непривычного к таким…ингредиентам Одаренного. Обычная мята не смягчит ее действие, серебряная тоже. Поэтому используется золотая мята — она плотная, теплая и приглушает кислотник, не давая ему навредить, но пропуская его бодрящую силу. Остальные мяты он просто…сжирает.
Я кивнул.
— И сколько эта «бодрость» действует? — покрутил в руках я бутылочку и поставил на место.
— День без малейшего ощущения усталости отмахает даже сильный Охотник, — ответил Хабен. — Но потом придется глотать восстанавливающие зелья и спать сутки. Любое зелье имеет свою плату. Да и живы в теле должно быть достаточно — зелье тянет резерв. Но… крайне полезная штука при дальних переходах или затяжных боях.
Я понимающе кивнул.
— Так вот, каждый ингредиент имеет свой «голос». — продолжил объяснять Хабен, — И если несколько сильных голосов кричат одновременно — они «глушат» друг друга. Это я уже говорю про этап варки. И когда такое происходит, зелье распадается, мутнеет, а ингредиенты портятся. Поэтому запомни, Элиас: один, главный ингредиент должен вести, а остальные — сопровождать. И ведущий определяется не количеством, а мощью и доминирующим свойством, под которое подстраиваются все остальные. Они должны дополнять или усиливать ведущего — иначе зачем они там вообще нужны?
В принципе, это я и так понимал, — подумал я, вспоминая свои варки.
— Но есть травы, которые не имеют своего голоса, но многократно усиливают чужие, вот они — самый большой секрет гильдий, — добавил Хабен. — Проблема с их определением в том, что они так идеально растворяются и встраиваются в зелья и эликсиры, что почувствовать их нюхом просто невозможно. Поэтому даже если я возьму эликсир высочайшего качества из Гильдии и почувствую всё, что можно почувствовать носом, повторить я его не смогу. Я упущу эти «тихие» травы, которые и из обычного эликсира делают первоклассный.