Я мирно скучал, рассматривая рукава форменного пиджака, никого, не трогал, как говорится. Но тут голос седовласой наставницы произнес:

— И как же был получен первый опыт перемещения неодушевлённого предмета?

Меня это не волновало. Здесь полно местных «гермион», которые точно ответят. Только взгляд наставника уперся в меня, а его дряблый рот процедил:

— Сссерж, Талион Серж нам ответит.

— Что? Да, конечно! — сказал, будто был в теме. Хотя, на деле, все было иначе.

— Извольте встать, когда с вами говорит ваш наставник! — прогремело на всю аудитории.

— Да ладно, ладно, я встану, — сказал, пожав плечами, и тут же поднялся.

Раздался едкий шепот. Кто-то начал тихо смеяться. Я нервно обернулся, и понял, что сделал лишь хуже.

— Хватит крутиться! Мы ждем ответа. Из-за вас перерыва в занятиях может не быть, — сверкая глазами, прошипел наставник.

— Эээ, какой там вопрос был вообще? Перемещение предметов? Думаю, это молния. В предмет ударила молния, он переместился и все. Потом люди это увидели. Ну и все изучили.

Я говорил полный бред. Ведь молчать сейчас было тупо. А признаться в том, что я неуч, всегда успеется. Лучше хотя бы поржать, перед тем как получить взбучку, очередную за последние дни.

Казалось, ученики должны дико заржать, ну или хотя бы немного расслабиться. Но на меня стали злобно шипеть, будто перед ними был местный маньяк. Типичное стадное чувство. Никто не хочет бороться с училкой, потакая ее капризам. Никому и в голову не приходит, что от этого только хуже.

— Изволите шутить, Серж? Над важнейшей из магических дисциплин? — сухо спросил наставник, сверкнув глазами.

— Нет! Причем тут вообще это? Вы знаете мою ситуацию! — выпалил, ощутив, как последние капли хорошего настроения растворились в тумане.

— Он работал проститутом в гареме! — раздался тихий мужской голос. Кто-то злорадно хихикнул.

— Вас устроили сюда в обход правил не для того, чтоб вы мне дерзили, — сказал учитель.

Конечно, это было не правильно. Но ситуация повторялась в который раз. И если раньше я косил под несчастного двоечника, которого можно чмырить, то теперь решил дать отпор.

— Ага, я, конечно, козел! Потому что завалил ведьму боевой магией. Как раз таки да, против правил! — громко крикнул в ответ.

Я не убил Аманду и даже серьезно не ранил, просто так пришлось к слову. Все равно никто спорить не стал. Наставник выгнал меня из класса, сказав, что таким не место в стенах храма науки.

«Да уж, драться с монстрами проще, чем находить общий язык с образованными людьми. А ещё говорят, в нашем мире все озверели. Сколько можно уже?! Когда тайные магини, наконец, все решат?»

Я чувствовал, что скоро сорвусь. Все эти чёртовы пионеры не могли с помощью магии даже бумажку поднять, при этом считали себя королями. Хотелось показать им, кто в доме хозяин.

Но стоит вызвать силу, как меня посчитают за психа. Потому я старался слегка успокоиться, дышал полной грудью и медленно шел по широкому каменному коридору в сторону лестницы. Хотелось уйти в свою комнату, забив на остальные занятия.

Тоже мне, нашли школоту! Да я нагнул половину этого мира во всех смыслах слова. И что теперь? Зубрить идиотские учебники, где толком ничего не написано? Нет уж, Арана была права. Академии — та ещё хрень, лучше жить в лесу с кучей монстров. Не успел об этом подумать, как сбоку раздались шаги.

Казалось, черный медальон вновь вернулся, представ в образе демона, который меня разорвет! С одной стороны, полный бред. Но эти серые стены напоминали гребанный склеп. Хоть бы роспись какую сделали, как в советских школах. Не академия, а морг в виде замка.

В общем, я немного насторожился и чуть было не вызвал магию. Но тут в коридор выскочил Маркус, он был… Если говорить коротко, то белым чуваком из Гарри Поттера, который вечно докапывался до очкастого уникума.

Правда, а отличие от той сказки, Маркус сам носил нелепые очки, имел худое тело и жидкие коричневатые волосы. Он был любимчиком главы воспитательного совета госпожи Грэйм, любил соблюдать правила и ненавидел все живое на свете.

Он не был богатым сынком. Ненависть Маркуса вызывала лютая зависть, ведь он уступал по внешним данным парням, что в этом мирке было почти приговором.

Короче, я попал второй раз за последние полчаса: то наставница озверевшая, то шестерка главной мегеры. Никогда не любил интриги-хериги, потому не хотел сейчас детских разборок. Я решил пройти мимо, но тут раздался ехидный голос.