Шрифт:
— Смотри… — начал я объяснять и показывать, в какой пропорции и в каком порядке нужно добавлять травы.
Она кивала и запоминала, внимательно наблюдая за моими движениями. Да, без вливания моей живы мазь будет слабее, но это всё еще будет отличная, рабочая мазь.
— Это на тот случай, если меня не будет рядом, а помощь потребуется срочно. — пояснил я.
— Поняла, — кивнула Морна.
— А вообще, — добавил я, вытирая руки, — будет лучше, если ты или остальные начнете попутно собирать эти травы. Те места у Кромки, где мы с Грэмом обычно ходим, я уже вычистил. Новые травы пока не выросли. В вашей части леса с такими травами проблем быть не должно, но тут мы не ходим.
— Проблем не будет, — уверенно ответила Морна. — Я знаю, где растут эти травы. По ближней Кромке через день-два уже смогу ходить. Силы возвращаются. А рецепт я запомнила.
Я кивнул и вдруг понял, что не использую знания Морны. Вернее, не использовал. А ведь как минимум парочку рабочих рецептов она должна знать. А может и больше.
— И еще, Морна. Если ты знаешь какие-то рецепты — расскажи. С моими навыками я смогу их доработать и улучшить. Возможно рабочие связки растений, которые усиливают друг друга или дополняют. Есть такое?
Морна задумалась, присела на край стола, нахмурив лоб.
— Я не алхимик, Элиас, но кое-что варить умею. Я же тебе говорила, что кое-чему меня Ульма научила. Хоть и самому простому, там, где не требуется жива и идеальная точность пропорций. Правда, я не совсем понимаю зачем тебе это, один твой эликсир чего стоит. То, что я знаю и рядом с ним не стоит.
— Ничего. Мне всё пригодится.
Еще до появления Целителя и ухода гнилодарцев она бы мне может и не рассказала рецепты, но сейчас…сейчас ситуация совсем другая. Да, может Морна права и рецепты ее не слишком ценные, но для меня это не важно. Я из обычного восстанавливающего отвара благодаря эволюции растений и использованию эссенций сделал неплохой эликсир. Тем более, если Хабен продолжит рассказывать принципы алхимии, которые он знает, — я смогу это применить.
Она продиктовала мне пять рецептов. Два из них были четырехкомпонентными мазями: «Болотная припарка» для вытягивания гноя и «Морозная растирка» от ушибов. Три других — отвары: «Костеломный сбор», «Жаропонижающий отвар» из горьких корней и «Кровеостанавливающая паста».
— Это то, чем я чаще всего пользовалась. С остальным нужно немного подумать и вспомнить. — сказала Морна под конец.
— Ничего. Я не спешу.
Я умолк секунд на пять, внимательно осмотрел тело Морны, которое пока вполне сохраняло человеческий вид. Хуже за этот день ей не стало.
— Ты продержишься еще день-два? Я просто не успел сделать тебе твой эликсир.
Она тяжело вздохнула, потирая виски.
— Я… сумела проконтролировать себя. Да, вчера я едва не сорвалась, зверь внутри рвался наружу, но… после того как я выместила злобу на Черноруком, стало легче. Кровь успокоилась. Но это временно.
Я кивнул, а потом спросил:
— А где он, кстати? Чернорукий.
— В яме за домом. Обложили камнями, приковали цепями и веревками. За ним круглосуточно следит Шурша со своими пауками. Не сбежит. Кстати, его кровь оказалась полезной?
Морна посмотрел на меня с легким любопытством.
— Да, кое-что с ней можно придумать. Уже знаю что. Но нужно время.
Я бросил взгляд на двух гнилодарцев и пошел наружу. Хотелось вдохнуть свежего воздуха. Клык и Грэм уже заканчивали. В этот раз, хотел того старик или нет, но пришла очередь его правой ноги. И теперь он сидел и осторожно двигал ею.
Мы с Морной сели неподалеку, на соседнем бревне. Седой уже успел вылезти из корзины и теперь гонялся за обычными лесными ящерицами на крыше дома.
Рядом со мной неожиданно, абсолютно бесшумно, появилась Лира. Девочка присела на корточки и пододвинула ко мне две плетеные корзинки.
— Вот, — тихо сказала она. — В этой — еще ядовитые насекомые для твоего мурлыка.
Она подтолкнула вторую корзинку.
— А это для тебя. Хваталы. Как ты и просил.
Я заглянул внутрь. Там лежало около двух десятков мертвых жуков-хватал. Идеальный консервант для моих будущих алхимических смесей.
— Спасибо, Лира. Ты очень помогла.
Внезапно Морна снова напряглась.
— Что случилось? — тихо спросил я и прикоснулся к изгороди, готовясь если что пустить ее в ход.
Грэм уже держал в руке секиру.
Из леса на поляну вышла фигура. Человек шел чуть шатаясь, тяжело переставляя ноги.
Могильщик.
— Разве так встречают друзей? — криво улыбнулся старик и сел на камень. Ему никто не ответил.
Естественно, никто его и не думал атаковать, все понимали, чем это может закончиться. Демонстрация силы не прошла бесследно. Я же смотрел на его руку. Рукав его просторной рубахи висел абсолютно пустым, разорванным в клочья у самого плеча. Ткань была пропитана чем-то темным.