Шрифт:
— Ух… ну и ночка выдалась, вы даже не представляете, детки, — хрипло выдохнул он.
Теперь, вблизи, было совершенно очевидно — у него по самое плечо оторвана левая рука.
— Что с рукой, Зикар? — обеспокоенно спросила Морна и поднялась.
— Сиди-сиди, — махнул он целой рукой, — Подумаешь, рукой больше…рукой меньше. Отращу новую.
И тут произошло то, от чего у меня по спине побежали мурашки.
Из-под его рубахи, из-за пазухи, из карманов хлынул поток янтарных насекомых. Нет, не тех, что были внутри него, но тоже каких-то особенных. Они стремительно стекались к обрубку плеча, цепляясь друг за друга, сплетаясь жвалами и лапками. За несколько секунд эта живая, копошащаяся масса сформировала плотный, жужжащий контур новой руки, вплоть до пальцев.
— Ух…так, конечно, получше будет, — вздохнул Могильщик, заметив мою реакцию, и пошевелил «пальцами» из жуков. — Не красиво, да. Зато… удобно.
— Кто тебя так? — спросил Грэм прямо.
— Немного повздорил с гостями из Глубин. Не сошлись во мнениях.
Кто бы ни были эти «гости», способные оторвать руку Могильщику, они были невероятно сильны. Мы с Грэмом и Морной переглянулись. Все подумали об одном и том же.
— А жук твой где? — подала голос Лира, — Я его не чувствую.
— Да там и остался, — отмахнулся Могильщик. — Удобряет землю. Вместе с теми самыми гостями. Нет больше жука, Лира.
Лира сразу загрустила. Да, я помнил как она в первое посещение Могильщика каталась на нем.
— Да что вы так испугались, — хрипло рассмеялся Могильщик, заметив повисшую тишину. — Теперь они сюда не сунутся. Можете спать спокойно, я всё уладил.
— А кто это был? — тихо спросила Морна, — Это… за мной пришли? Из-за Чернобрюхого?
Могильщик посмотрел на нее своими выцветшими, но цепкими глазами. Затем медленно покачал головой.
— Не-а, — произнес он. — Не за тобой. Так… разношерстная компания. Два Гиблых да один друид.
— И что они забыли тут? — прищурился Грэм.
— Ооо… — протянул Могильщик и вытянул вперед ноги с облегчением. — Это будет любопытная история. Морна, может это…чайку заваришь?
Морна вздохнула и пошла в дом.
Друзья. Важное объявление. Теперь возраст ГГ 18 лет. Соответственно в начале первого тома ему 17, а после ДР ему 18.
Да. как оказалось, некоторые люди, что-то, там увидели в первых томах. (не знаю, что они там увидели) и по той же причине глава с Хабеном (концовка) была переписана, еще днем. Там тоже отдельные личности увидели, пропаганду, чего-то там, ну и пожаловались администрации. В общем, мне не проблема была переписать ту часть главы которая была выложена изначально, просто немного обидно, что люди видят то, чего там и в помине нет. Такие дела…
Так что теперь Элиас СОВЕРШЕННОЛЕТНИЙ.( на всякий случай, чтобы не было никаких вопросов в дальнейшем)
p.s. Завтра-послезавтра во всех предыдущих томах будет изменен его возраст (там где он упоминался). Может оно и к лучшему даже. Ладно, чем быстрее забуду, тем лучше. Идем дальше. И еще попрошу вас, если не сложно, без негативных комментариев по поводу этой ситуации, и без острых тем, не хочу чтобы потом и модератор приходил, и жалобы кидали. Лучше вообще просто про главу)))
Глава 13
Перед домом Морны повисло тяжелое, вязкое молчание. Все смотрели на пустой рукав Могильщика и ждали рассказа. Как и остальные я понимал, что раз уж он решил рассказать, то это будет что-то важное. А пока я вспоминал, что рассказывала Морна про Гиблых и друидов. Да, в Глубинах все так или иначе сотрудничают со всеми, это я уже понял. Но я думал, что сотрудничество Гиблых и друидов носит более «торговый» характер, а тут они были заодно, и даже были готовы убить Могильщика. Только сил не подрасчитали. И вся эта ситуация в принципе неприятная. Я думал, что они хоть формально друг против друга, а тут выходит, что всё переплетено гораздо теснее, чем рассказывала Морна.
Морна, пока мы молчали успела поставить кипятить воду и выйти.
— Значит, ты их убил? — первым нарушил тишину Грэм, опираясь на древко секиры. — А они не обидятся? Опасные враги для того, кто постоянно ходит в Глубины.
Я понял, что пытается сделать Грэм — прощупать, насколько сильно связан сам Могильщик с друидами и гиблыми. Вот только вряд ли он так просто об этом расскажет. Кто-кто, а этот гнилодарец похитрее всех остальных вместе взятых будет. Такое пока у меня ощущение складывалось.
— Не обидятся, — хмыкнул Могильщик, и его лицо исказила жутковатая ухмылка. — Мертвые не обижаются.
— Ты прекрасно понял, о чем я, старик, — холодно уточнил Грэм, сверля его взглядом. — Я про живых — про тех, кто их послал.
— Я тебя услышал, старый охотник, — отмахнулся Могильщик. Жужжащая рука из насекомых шевельнулась, словно живая плоть. — Не волнуйся, это мои дела. Они вас не касаются. Кто нужно — уже получил предупреждение. Тут им не Глубины, чтобы бродить безнаказанно.