Шрифт:
Он прошел через еловый перелесок, пересек ручей, и все было хорошо. Остался только последний отрезок в двадцать минут, ровный и легкий, и он вернется на парковку. И хватит с него на сегодня. Лучше уйти пораньше, вернуться домой, помочь отцу в саду.
Когда он подошел к повороту, то увидел красную хонду «Сивик» Шона в конце тропы, на семнадцать минут раньше, чем следовало. Он посмотрел на часы.
Половина шестого.
Когда он оставил Лорну, лишь несколько минут назад, было всего три с хвостиком.
Когда он дошел до парковки, его ноги дрожали, ему трудно было дышать. Тайлер и Шон как раз садились в машину. Шон весело показал ему средний палец, и они отчалили, разбрасывая из-под колес грязь и щебень. Маленького белого хюндая Лорны уже не было. Даже Рэй с бригадой уехали.
Митио открыл дверцу водителя в минивэне отца, залез внутрь и посидел немного. Вставил ключ в зажигание, но не повернул его. Наконец вынул ключ, вышел из машины и постоял во дворе. Поднялся ветер, потревожил дрожащую листву тополей, и та зашумела, словно необъятный океан, – звук, который Митио так любил. Сегодня казалось, будто деревья передают сообщения друг другу, втайне что-то замышляют.
Ну и пусть. Он хочет это понять. Решить эту задачку.
Неважно, сколько это займет.
Вынув записную книжку, он написал сообщение Рэю, вырвал страницу и положил ее под камень на ступени деревянного особняка. Потом подошел к бытовке, ввел код, забрал свой паек на день и еще три бутылки воды, пяток протеиновых батончиков и набор первой помощи, в который входило (он проверил) спасательное одеяло на случай, если он застрянет в лесу без укрытия ночью.
Он подошел к началу тропы и постоял там немного, глядя в небо, думая, что неплохо еще чуть-чуть понежиться в этой безоблачной синеве, прежде чем нырнуть в тень деревьев. Было неясно, сколько времени это займет, но он будет ходить, пока все не выяснит. Пока не сделает эти тропы своими. Северное лето достигло макушки, и Митио решил, что у него есть еще добрых пять часов, а может, и больше – до наступления темноты.
Алекс
– Здесь в самый раз, – говорит Митио водителю – долговязому мужчине в бейсболке и джинсовой куртке, чье имя Алексу не назвали. С тех пор как водитель посадил их в свою неприметную машину последней модели, затемно забрав их от гостиницы Алекса, он не произнес ни слова, разве что мурлыкал себе под нос старые песни в стиле кантри. Митио тоже не разговаривал. Алекс решил, что это молчание намеренное: чем меньше он знает о людях, вовлеченных в это дело, тем лучше для всех.
Водитель замедляет ход и притормаживает у обочины, у начала тропы.
– Завтра в десять утра, у железнодорожного переезда, – говорит Митио.
– У переезда в десять, – повторяет водитель. – Не опаздывайте.
– Мы не опоздаем.
– Ты всегда так говоришь.
Алекс с Митио вылезают из машины, забирают рюкзаки из багажника. Потом Митио дважды стучит по капоту, и машина уезжает.
Еще не рассвело. Мир блекл и холоден, но в тополиной роще у тропы слышна птичья трель. Алекс различает далекий гул и фырканье полуприцепов, набирающих скорость на объездной дороге.
– Здесь мы и зайдем, – говорит Митио.
– А как же забор?
– Тут есть проход. Эмери его нашла.
Облака краснеют снизу, в воздухе стоит влажная прохлада. Алекс помнит такие раннеосенние утра, он ведь жил здесь. Вылезаешь из постели в сумерках, собираешься в школу в полусне. У него кружится голова, когда он вспоминает рассогласования в те годы – что они делали с ним. Но до конца непонятно: то, что он чувствует сейчас, приходит к нему извне или всплывает из памяти, спрятанной глубоко в его нейронах и теперь оживающей?
Прежде чем выдвинуться, Митио заставляет Алекса вытрясти на землю рюкзак и исследует содержимое с карманным фонариком. Берет пистолет, который Алекс взял с собой из дома, провез в багаже надежно запертым в металлическом кейсе. Впервые Алекс наблюдает, как маску холодной отстраненности Митио нарушает чувство: гнев.
– Это не поможет.
– Но и не повредит.
– Оружие здесь – ошибка. С ним ты будешь чувствовать себя в большей безопасности, чем на самом деле. Он заряжен?
– Нет.
– Уверен?
– Да.
– Вот пусть так и будет.
Митио тянется к пузырьку ативана.
– Тоже плохая идея. Принял сегодня?
– Сегодня нет.
– Не пей. Нам нужно оставаться бдительными все время, пока мы здесь. Если скажу бежать, нужно действовать без промедлений.
Когда Митио завершает проверку, они пускаются в путь по полю высокой влажной травы в направлении стены из елей и пихт, которая чернеет на фоне тусклого неба. Тут очень тихо, не слышно даже птицы, что пела у края дороги. Шея у Алекса начинает чесаться, и он гадает, это влияние Заповедника или он придумывает себе симптомы из страха.