Шрифт:
Подхватив дочь, женщина сама потеряла равновесие и теперь, ударившись ногой, поджала губы от боли и пыталась подняться. Отец уже склонился над ней, обхватывая под мышками, но позади, сквозь дым, проступали твари.
Они приближались слишком быстро…
Девочка остановилась и с ужасом увидела раскрытые пасти, когти, цеплявшиеся за камни, видела родителей — и не могла больше сделать и шагу. Всё тело застыло, а собственное дыхание внезапно стало таким громким, что почти заглушило окружающий шум.
Мать подняла голову. На её лице отразился ужас, и она, перестав пытаться встать, с отчаянием крикнула:
— Беги, беги быстрее!
Девочка не сдвинулась. Отец что-то кричал, тянул женщину вверх, а ближайшая тварь уже оторвалась от остальных, собираясь прыгнуть.
В глазах девочки появился ужас, пока она беззвучно кричала, но в этот момент справа мелькнула чёрная фигура.
Брошенное молниевое копьё пронеслось мимо людей и врезалось в чудовище, разрывая его широкой вспышкой. Разряды хлынули дальше, охватив наступавший ряд. Твари сшибались, падали и перекатывались через тела друг друга, пока молнии продолжали убивать тех, кто пытался прорваться.
Перед девочкой остановился высокий мужчина в чёрной форме. По его рукавам пробегали разряды, а на спине накидки виднелся герб Российской империи и герб Рода Вяземских.
Девочка смотрела на этот герб, не замечая, как отец подхватил мать и подвёл её ближе. Женщина опустилась рядом, прижала дочь к себе и что-то заговорила прямо над ухом, но та почти не слышала, смотря на то, как несколько тварей вырвались из молний.
Воин встретил их, не отступив к людям ни на шаг. Его движения сливались со вспышками, чудовища падали одно за другим, однако за ними уже появлялись следующие.
Здесь проходила самая окраина города, поэтому из дыма, клубившегося за последними домами, прибывали новые стаи, и освобождённая улица снова наполнялась рёвом. Мужчина убивал тварей одну за другой десятками, защищая всех бегущих.
Отец девочки посмотрел на него, затем перевёл взгляд на жену. Подтолкнул её с дочерью в сторону бегущих вдали горожан и решительно выпрямился.
— Бегите!
Однако сделать никто ничего уже не успел.
Девочка вдруг перестала дрожать. Страх никуда не исчез, твари по-прежнему неслись к ним, но вместе с приближавшейся силой пришло необъяснимое спокойствие…
Словно… Словно сейчас им не угрожало ничего в этом мире.
Мать замерла, крепче прижав её к груди, отец поднял голову, а воин перед ними чуть опустил плечи.
Вдалеке, прорезая дым и пламя, показалась стремительная золотая волна, которая лёгким ветром прошла город насквозь.
Она стремительно прокатилась над мостовой, охватила горящие дома и унеслась дальше, не задев ни одного человека. Но там, где только что теснились чудовища, взметнулась лишь чёрная пыль, осыпающаяся и тут же исчезающая в воздухе.
Сотни и тысячи тварей рассыпались в один миг, не успев закончить движение.
Рёв оборвался. Продолжало трещать пламя, где-то осыпались обломки, но после многочасового ужаса наконец наступила какая-никакая, но тишина. Люди стояли, не решаясь поверить в то, что больше никто не преследует их.
Девочка в этот момент смотрела перед собой. Там, где-то вдали, она, как и многие другие, видела сидящего на троне мужчину со спокойным лицом и такими успокаивающими жёлтыми глазами…
Воин же Рода Вяземских, хотя скорее уж Вайторлов, смотрел в небо, выпрямившись так, что на его накидке расправился имперский герб. Он смотрел туда, где виднелся уже не сотни тварей в небе, а едва пробивающийся свет солнца.
После мужчина произнёс:
— Император с нами, а значит, сегодня мы не падём…
Земля. Передовая:
Аяна сражалась на одной из самых опасных передовых, где разломы почти не прекращали выпускать новых тварей.
Внизу сражались её люди. Они уничтожали низкоранговых чудовищ, не позволяя им собраться в плотную массу, но стоило прорвать одну стаю, как через распахнутые провалы уже выползала следующая.
Сама же Аяна билась с гигантами.
Огромные китоподобные твари проплывали среди дыма, раскрывая пасти и обрушивая пламя на войска. Каждый такой удар грозил смести целый отряд, поэтому Аяне приходилось постоянно разрываться между нападением и защитой.
Водные завесы принимали пламя, взрываясь облаками пара, а над ними расходились широкие режущие полотна водных лезвий. Они рассекали массивные тела, разрывали защиту, заставляли чудовищ менять направление.
Девушка уничтожала одну тварь и тут же уходила под следующую, прикрывая тех, кто сражался внизу.