— Ну, запросы в Канцелярию работают хуже, чем память непосредственных участников событий. Довелось пересекаться с обитателями закрытых инкубаторов по выведению химер, и этот замечательный комплекс целиком спонсировал Любомиров. Особи там отличаются поразительной способностью запоминать лица визитёров и разговоры инженеров. Я считал прямые трансляции кулуарных совещаний, имена причастных руководителей и планы развития проектов прямо из их мозгов.

Выданная порция данных мгновенно отрезвила Новикову. От растерянности не осталось и следа, глаза наполнились злобой. Она достала телефон и сделала вызов.

— Макар, начинайте выводить боевые группы из тени и расконсервируйте склады. Мы объявляем войну роду Любомировых.

Вызов сбросился.

Я смотрел на быструю трансформацию этой железной леди с откровенным удовольствием.

— Рад приветствовать за игральным столом. Ближайшие сутки не дадут вам заскучать.

— Не дадут заскучать? — мрачно отозвалась она. — Происходит прямое столкновение с владельцем гигантских ресурсов.

Я неторопливо поднялся. На лице сама собой расползлась плотоядная улыбка.

— Выдыхай, графиня, — спокойным тоном закончил я. — Пришло время показать, на что в бою способен настоящий Химеролог.

Я заканчивал перебирать инструменты в автоклаве и раскладывать скальпели по ячейкам, когда в дверь постучали и на пороге появился Семён Петрович, заполнив собой весь дверной проём. За время работы на моих «витаминах» ветеран заметно раздался в плечах и обрёл былую стать. Его куртка теперь угрожающе трещала на швах.

— Командир, — Беркут протопал к стойке и опёрся ладонями о столешницу. — Осмотрели периметр. Камеры расставили, перекрыли пару слепых зон со стороны котельной. Что делаем дальше?

Захлопнув крышку стерилизатора, я нажал кнопку пуска. Развернулся к Беркуту.

— Слушай, Петрович. Собери всех наших и рассредоточьте парней по периметру вокруг клиники. На глаза не попадайтесь, изображайте кусты, пьяных дворников или случайных прохожих. Территорию держать под контролем на случай резких движений. У нас тут намечается конфликт с одним местным аристократишкой.

Беркут даже бровью не повёл.

— Ну, война так война, — буднично пробасил ветеран. За его плечами хватало реальных мясорубок, в том числе недавних в Диких Землях. Паниковать из-за столичных разборок он точно не собирался. — Сильный хоть этот ваш аристократ? А то мои парни только рады будут бицепсами померяться.

Я стянул со стола полотенце и вытер руки.

— Да мелочь пузатая. Обычный транспортник с королевскими амбициями. Герцог Любомиров.

Рука Беркута остановилась на полпути к карману с пачкой сигарет. Он поднял на меня потяжелевший взгляд, а зрачки сузились.

— Погоди-ка… Тот самый Любомиров? В смысле монополист транспортной сетки? Хочешь сказать, мы воюем с владельцем флотилий и бронепоездов?

— Знаешь в городе других людей с этой фамилией и такими запросами? — я бросил полотенце в корзину, после чего шагнул к шкафчику с препаратами. — Он самый. Сильно расстроился вчера из-за испорченного костюма и уязвлённого самолюбия.

Семён Петрович машинально вытащил сигарету и покрутил её в пальцах. Прикуривать он не стал. Вспомнил про правила клиники.

— Мы люди старые, пожили своё, — наконец произнёс он. Взгляд старика сфокусировался на мне. — Нам терять нечего, работу свою знаем. Но ты бы, Виктор, поберёгся. Такие фигуры на улице не валяются. У него денег больше, чем у дурака фантиков. Задушит наёмниками.

— Справимся. Расставляй людей.

Ветерана буквально сдуло в коридор. Мне же пришлось вернуться к рутинным обязанностям. Когда закончил вышел в приёмную и увидел, что у регистратуры переминался с ноги на ногу очередной посетитель. Я позвал его в операционную.

Мужичок оказался щуплым и невероятно нервным. Он судорожно прижимал к груди птичью клетку. Внутри сидела здоровая, но прилично ожиревшая от обильного питания канарейка. Птица пялилась на прутья и изредка недовольно попискивала.

— Доктор, у неё одышка! — запричитал клиент. Он водрузил клетку на смотровой стол невероятно бережно. Словно внутри тикала бомба. — Утром она не доела зерно! Наверняка инфекция. Спасайте девочку, она же член семьи!

Я со вздохом открыл дверцу. Птица моментально вцепилась когтями в мой палец и попыталась клюнуть кутикулу. Обыкновенная зажравшаяся истеричка. Её перекормили просом, полностью лишив пространства для полётов. Машинально пустив микроимпульс энергии по пернатому тельцу, я прочистил забитый зоб и разогнал пищеварение.