–  Согласен. Я сам хотел тебе об этом сказать. Он же вообще здесь ни при чем.

–  Значит, про Глинского молчим. В остальном же говорим чистую правду. До конца. Договорились?

–  Договорились.

–  Тогда звони. И не забудь сказать про меня.

Сняв трубку, я набрал номер Рахманова. Выслушав, Рахманов своим обычным бесстрастным голосом сказал: он ждет нас обоих.

Уточнение деталей

Войдя в кабинет к Рахманову, я первым делом представил Сашку:

–  Андрей Викторович, это Чирков Александр Александрович. Мой друг. О котором я вам говорил.

–  Очень приятно. Садитесь. Я слушаю.

Мы уселись. Сашка посмотрел на меня. Потер лоб. Сказал, глядя в окно:

–  Андрей Викторович... Сергей объяснил мне, в чем дело. В общих словах. Ну и хочу сказать сразу: во всем виноват я.

–  В чем во всем?

–  В том... Это я попросил Сергея отвезти этих двух ребят. Куда они попросят.

–  Двух ребят? Каких?

–  Сергей сказал - их зовут Юра и Женя.

–  Юра и Женя... - Рахманов опустил глаза. - Зачем вам это было нужно? Чтобы Лотарев отвез Юру и Женю?

–  Мне это совсем не было нужно. Это было нужно... одному человеку.

–  Какому человеку?

–  Н-ну... я знаю только, что его зовут Вадим Павлович.

–  Вадим Павлович... Это что, ваш знакомый?

–  Нет. Просто года три назад я ему сделал операцию. Пластическую.

–  Пластическую операцию... То есть вы изменили ему внешность?

–  Совершенно верно. Изменил внешность.

Рахманов замолчал, на этот раз надолго. Затем снял трубку, набрал номер, сказал:

–  Алексей Михайлович, зайдите ко мне. Да, прямо сейчас. Жду.

Через минуту в кабинет вошел невысокий худой человек. Одна рука у него была скрючена.

–  Алексей Михайлович... - Рахманов кивком головы показал на Сашку. Этот молодой человек, Александр Александрович Чирков, хочет кое-что рассказать. Пожалуйста, допросите его.

После того как оба вышли, посмотрел на меня:

–  Сергей Леонидович... Насколько я понял, вы тоже хотите что-то рассказать?

–  Хочу.

–  Я слушаю. Рассказывайте.

Я рассказал лишь то, что скрыл раньше. То, как Сашка предложил мне отвезти двух людей. То, как мы с ним попросили таксиста подогнать мою машину. Как потом изменили мою внешность и поставили липовые номера. Как я взял с собой права и техпаспорт на имя Игоря Кирилловича Семенова. Как отвез Юру и Женю. Как переночевал на территории "Рыболова Сенежья". Завершил же я рассказ сообщением о нашем плане защиты от Вадима Павловича и его появлением у меня дома вчера.

Все, что я рассказывал, Рахманов как всегда записывал. Как всегда довольно часто задавал вопросы, что-то уточняя. Причем иногда мне казалось, что его интересуют совсем уж малозначащие детали. Так, когда я сказал, что после ночевки на базе ко мне утром подошла собака, Рахманов вдруг заинтересовался:

–  Вы говорите, собака стояла рядом с вами? И смотрела, как вы рисуете?

–  Да. Стояла и смотрела. Можно сказать, любовалась.

–  Странно. Что, даже не сделала попытки зарычать? Или укусить?

–  Нет. Она приучена не бросаться на отдыхающих. Ну и приняла меня за отдыхающего. Раз я уже был на территории базы.

–  Интересная собака.

–  Обычная. Кому она нужна, если будет бросаться на отдыхающих?

–  Ну а как же ночью? Когда вы перелезали через забор?

–  На ночь ее привязывают. Я лез в противоположном конце базы. Так что меня она только услышала. Гавкнула пару раз и замолчала.

–  Понятно. Скажите, вы не помните ее кличку?

–  Кличку... - Я попытался вспомнить. Кажется, ее звали Дик. Да, точно Дик. Ответил: - Собаку зовут Дик.

–  Правильно, Дик. И все же странно. Меня, например, этот Дик чуть не разорвал. Бросался, как бешеный.

–  Что, прямо на территории базы?

–  Да нет. Бросался он, когда я стоял у ограды. Но и на территории базы Дик тоже все время скалился. Думаю, если бы не хозяин, он меня наверняка порвал бы.

–  Да, странно. Хотя... - Я вспомнил, как Дик бросался в мою сторону при попытке сложить и убрать этюдник, когда за мной приехал Сашка.

Рахманов поправил очки, поморгал:

–  Что хотя?

–  Вообще-то этот Дик странная собака. С припадками.

–  Как это "с припадками"?

–  Меня он несколько дней спустя тоже готов был живьем съесть. Ни с того ни с сего.

–  Интересно. Как же это было? И когда?

–  В последний день. Двенадцатого июля. Когда все уехали.

Я рассказал, как Дик чуть не сорвался с цепи, когда я складывал этюдник.

Выслушав, Рахманов хмыкнул:

–  Забавно. Только почему вы раньше об этом не рассказали?

–  А что тут рассказывать? Подумаешь, собака взбесилась.