–  Я слушаю, - сказала Новлянская.

Начинать надо было сразу, без раскачки. Поэтому Рахманов сразу же и спросил:

–  Вера Николаевна, вы знаете такого Азизова? Роберта Арутюновича?

Вопрос Новлянскую не смутил.

–  Азизов... По-моему, он живет в Сухуми. Да?

–  Совершенно верно. В Сухуми.

Потерла пальцами висок. Поморщилась:

–  Знаю. Правда, лет пять его не видела. Но знаю.

–  А давно вы с ним знакомы?

–  Ну, лет десять. Да, около десяти лет.

–  При каких обстоятельствах вы познакомились?

–  Когда-то я работала в министерстве торговли. В "Союзгалантерее". И в "Росгалантерее". Азизов же - товаровед. Он не раз приезжал сюда, в Москву, договариваться о поставках. Так я с ним и познакомилась. На работе. В министерстве.

–  Простите, Вера Николаевна... У вас было только деловое знакомство?

Чуть усмехнулась, опустив глаза:

–  Что значит прокуратура. Здесь можно спросить даже об этом.

Хороший выпад. Впрочем, его это не смутит.

–  Вера Николаевна, я прошу извинения. И все же, какой характер носило ваше знакомство с Азизовым?

–  Служебный. Не более того. Никаких других отношений у нас не было. И не могло быть.

–  Вы помогали Азизову доставать товары?

–  Ну... в той мере, в какой это было можно. Ведь в этом и заключалась тогда моя работа в "Союзгалантерее". Обеспечивать ассортимент поставок в различные регионы.

–  В том числе и поставок дефицита?

Новлянская внимательно изучила Рахманова взглядом. Уголки ее губ дернулись:

–  Андрей Викторович, вот уж не ожидала. Неужели прокуратура решила уличить меня в незаконных поставках?

–  Да нет. Пока я не собираюсь обвинять вас в чем-то незаконном. Просто спрашиваю: вы помогали Азизову в поставках дефицитных галантерейных товаров в Сухуми?

–  Во-первых, я этого уже не помню. "Союзгалантерея"... Когда это было... Да и потом, я тогда просто подписывала бумаги. Строго согласовывая каждую с начальством. Кстати, торговля в курортной зоне имеет свою специфику. Если хотите знать, для Сухуми любой галантерейный товар дефицит. От футляров для зубных щеток до детского мыла. Так что я в высшей степени удивлена. Уж извините.

–  Вера Николаевна, может, вы и не считаете, что помогали Азизову доставать дефицит. Но Азизов считает. О чем и заявил нам.

–  Интересно. Он что... написал в прокуратуру?

–  Нет. Показал на допросе. Азизов арестован.

Новлянская нахмурилась:

–  Азизов арестован?

–  Арестован. Может быть, скажете что-нибудь по этому поводу?

–  Сказать по этому поводу мне нечего. За что он арестован, я не знаю. И знать не хочу. Просто... я очень удивлена. Получается, он начал валить на всех, в том числе и на меня. Действительно, не знаешь, откуда ждать.

–  Вера Николаевна, вы знакомы с неким Вадимом Павловичем?

–  Валимом Павловичем? Первый раз слышу.

–  Подумайте. Может быть, вы все-таки знаете человека, имя-отчество которого Вадим Павлович?

Новлянская слегка провела по лбу пальцами:

–  Нет... Не знаю... А как его фамилия?

–  К сожалению, фамилия этого человека пока неизвестна. Могу описать внешность... Ему лет шестьдесят. Выше среднего роста. Полный. Лысоват. Остатки волос седые, зачесаны набок. Глаза светлые. Под подбородком с правой стороны, вот здесь, - розоватый шрам. Одевается скромно. В частности, в его туалет входит синяя куртка отечественного производства с металлическими пуговицами и серые брюки. По некоторым данным, этот человек ранее был судим. Очень прошу подумать... и сказать: не встречался ли среди ваших знакомых человек с такими приметами.

–  Вадим Павлович... Так?

–  Так.

–  Сейчас попробую вспомнить...

Несколько секунд Новлянская сидела, закусив губу. Грустно улыбнулась:

–  Нет. Извините, Андрей Викторович, но ничего не припоминается. Такого знакомого у меня нет. Точно.

–  Странно.

–  Почему странно?

–  Потому что в мае этого года человек, которого я вам описал, при встрече с Азизовым отрекомендовался вашим хорошим знакомым. Факт знакомства он подтвердил знанием, скажем так, довольно мелких деталей вашей личной жизни. И кроме того, подробно описал период вашего общения с Азизовым, касающийся, как вы выражаетесь, обеспечения ассортиментом. Поэтому странно, что вы не знаете этого человека.

–  И... для чего ему все это было нужно? Этому... Вадиму Павловичу? Так, кажется?

–  Вадиму Павловичу это было нужно, чтобы Азизов ему поверил. И вошел с ним в сговор для совершения особо опасного преступления. В данный момент я возглавляю бригаду, которая это преступление расследует. Вера Николаевна, я не хочу вас обижать, но согласитесь: если ваше имя служит паролем для сговора двух преступников, это что-то да значит. Вы согласны?

Новлянская долго ничего не отвечала. Наконец взглянула Рахманову прямо в глаза: