Шрифт:
Мой отец был экспертом в ангельском искусстве.
Я понюхала воздух. Розы и мирра.
Тёмный двор окутал туман. В центре армии тумана тени сомкнулись вокруг Руадана. Он создавал тьму — для меня, чтобы я могла уйти. Я не собиралась оставлять его.
В воздухе вокруг него змеились нити магии. Казалось, его сила ослабевает, мерцание его магии, испещрённой звёздами, тускнеет. Почему?
Ангельская речь становилась всё громче. С ужасом я поняла, что происходит. Руадан сказал, что единственный способ убить его — это использовать ангельское заклинание, и Балерос, похоже, знал, какое именно. Балерос пытался сделать его смертным.
Паника ударила меня как кулаком под дых.
Я принюхалась к воздуху, ориентируясь на розы, пока не нашла его. Вон там. Балерос всё это время стоял на другой стороне двора, в арочном проёме, держа в руках меч. Кроме того, он держал что-то ещё. Что-то, что поблескивало в лунном свете.
Камень люмена сиял у него на шее. Я не могла дать ему шанса прыгнуть прочь, предупредив о своём приближении.
Я коснулась своего камня люмена, а затем прыгнула прямо перед ним. Приземлившись, быстро, как дыхание колибри, я замахнулась мечом, целясь ему в шею.
Точная дуга, на волосок от его кожи. Я срезала с него камень люмена, и он упал на кирпич.
Балерос уставился на меня, уголок его губ подёргивался. Он сжимал меч, но не мог им пошевелить. Не тогда, когда я угрожала перерезать ему яремную вену.
«Я лишаю тебя еды и дыхания, вытаскиваю рёбра из-под кожи…»
Я приставила свой меч к его горлу.
— Привет, Балерос.
Он не выглядел обеспокоенным.
— Тик-так, Лиора. Я дал тебе время. До девяти осталось три минуты. Мне понадобится надеть на Руадана железо, когда он сдастся. Я уверен, ты понимаешь.
— Где Адонис? — спросила я сквозь стиснутые зубы. В воздухе витал тяжёлый аромат мирры.
— Я думаю, он будет разочарован в тебе.
С ужасом я осознала, что ритмичные интонации ангельского языка всё ещё витают в воздухе, заклинание продолжается с того места, где остановился Балерос. Десятки голосов пели в унисон. Приставив кончик меча к горлу Балероса, я украдкой оглянулась. Галки просто продолжили с того места, на котором остановился Балерос. Они все знали заклинание. Они собирались убить Руадана прямо здесь.
— Останови их, — сказала я.
Движением, таким быстрым, что я едва успела его уследить, Балерос приставил свой меч к моей шее. Этот взгляд украдкой дорого мне обошёлся.
«Чёрт возьми». Мне следовало просто убить его, вместо того чтобы спрашивать об Адонисе.
Я посмотрела в его глаза, в уголках которых были едва заметные морщинки. Ангел смерти во мне жаждал освобождения, и магия моего отца окружала нас. Где он?
Моё сердце гулко стучало о рёбра, словно тяжёлые шаги тёмного зверя.
«Я тот преследователь, который подкрадывается к тебе сзади, когда ты пытаешься подобрать нужные слова».
В моём сознании промелькнуло видение — Руадан, сплетающий для меня цветы.
Я не могла стоять здесь, пока они убивали Руадана. Я должна остановить это.
«Я здесь, пока ты пытаешься заполнить тишину, спасаясь от мрачной правды».
Голос в моей голове. Тысячи голосов, сливающихся воедино, высоких и низких, диссонирующих. Магия струилась по моей спине, лопатки пылали от силы. Вокруг меня завывал ветер, холодный и неумолимый.
«Ты держишь в руках нарисованный тобой пейзаж; ты улыбаешься своему золоту; ты покупаешь дом на холме с видом на озеро. Ты гордо улыбаешься. «Видишь это? — думаешь ты. — Это будет длиться вечно». Ты не замечаешь, что я маячу у тебя за спиной. Я — длинная сумеречная тень на кладбищенской траве. Я окутываю твоё тело с ног до головы».
Тёмный экстаз овладел моим сознанием, когда за моей спиной выросли крылья. Я оторвалась от земли.
«Сладкое освобождение, объятия мрачной правды».
Мои полуночные крылья с золотыми прожилками подняли меня в воздух, ночной ветер овевал мою кожу, ерошил волосы.
Я прочла потрясение на лице Балероса.
«Склонись передо мной».
Я вонзила в него свой меч сверху вниз, проткнув его от черепа и ниже, рассекая его надвое. На мгновение из него хлынула кровь. Затем его тело охватило пламя, и горячая волна отбросила меня назад.
Его меч со звоном упал на землю. И что-то ещё — сверкающая чаша.
Что это такое? Чаша манила меня своей тёмной магией, и мне страстно захотелось взять её в руки. Но сейчас неподходящее время, и мне нужно было оставаться в воздухе. Балерос на самом деле не мёртв. Богиня Огня оживит его. Но теперь у меня есть его армия тумана, и пришло время задействовать её.