Шрифт:
Мои мощные крылья подняли меня выше над толпой галок, а они по-прежнему пели.
Я подняла меч и выкрикнула свой первый приказ солдатам тумана:
— Атакуйте людей!
Улыбка тронула мои губы, облегчение захлестнуло меня. В воздухе заклубился туман, когда солдаты тумана бросились в бой. Их мечи начали вонзаться в чёрные плащи.
«Все падают передо мной».
С высоты птичьего полёта я взглянула на Руадана. Мои солдаты тумана атаковали галок, но его сила быстро таяла, кольца магии, испещрённой звёздами, разлетались от его тела, как дым на ветру. Его глаза были закрыты, тело сгорбилось, пока они превращали его в смертного. Это зрелище ранило моё сердце.
«Я лишаю тебя воспоминаний, оставляя лишь последний проблеск знания. Я забираю и его тоже. Я краду твою еду и твоё дыхание, вытаскиваю твои рёбра из-под кожи, разрезаю твой живот».
Я выкрикнула его имя, но Руадан не услышал меня. Он словно полностью погрузился в себя — в чёрную дыру магии. Тени поглотили его.
Армия тумана сражалась с людьми, но недостаточно быстро. Галки не испытывали страха, и они не убегали. Они стояли на своём, напевая заклинание. Крадя его бессмертие.
«Я — зелёное пятно на твоих губах, землистый оттенок твоей кожи, колеблющаяся тьма у тебя под ногами и твой последний хриплый вздох. Я — вечная тьма, которая ждёт тебя в конце, и я всегда была с тобой».
Смерть вырвалась из моего тела, словно атомный взрыв. Эйфория охватила мой разум.
С высоты птичьего полёта я посмотрела вниз на внутренний двор и увидела, как люди падают на землю. Руадан тоже согнулся пополам, его огромная фигура рухнула на камень.
«В конце концов, вы все склонитесь передо мной; вы все сложите свои жизни и поклонитесь у моего алтаря».
Их тела были прекрасным полотном фиолетового, красного и чёрного цветов, написанным моей кистью. Моим собственным пейзажем. Смерть была моим творением.
Восторг охватил меня, когда я выполнила задание, для которого была рождена. Я убила их всех. Они гнили внизу, изо рта у них красными полосами текла кровь. Чума была прекрасной смесью холодных оттенков и тёплой фиолетовой кожи…
«Чума».
Аромат мирры был всепоглощающим. Это был аромат Адониса, но и мой тоже.
Балерос побеждал. Девять часов. Я сама распространяла чуму, и волна смерти, которую я вызвала, всё ещё прокатывалась по городу. Моё сердце готово было разорваться. Мне следовало бы подумать обо всех них, о самом Лондоне, но в моей голове кристаллизовалась только одна мысль.
Был ли Руадан по-прежнему бессмертен, или я убила его?
Мои крылья колотили по воздуху, как сердцебиение, когда я подлетела к тому месту, где он лежал на камне.
Когда я встретилась взглядом с фиалковыми глазами Руадана, меня охватило облегчение. Но только на мгновение. Теперь правда выплыла наружу, и он смотрел на меня в моём настоящем обличье.
С видимым усилием он заставил себя встать. Гнев исказил его черты, и что-то холодное раскололо меня надвое.
«Вот она я, Руадан. Существо, которое никогда не должно было ходить по земле. Чудовище, распространяющее чуму».
С высоты птичьего полёта я смотрела на горизонт, на полночную магию, рябью надвигающуюся на Лондон. Мне нужно было остановить распространение смерти. Могла ли я это остановить?
Когда я закрыла глаза, я снова увидела её — свою мать. На этот раз она выглядела живой, её тело излучало свет. Я происходила не только от Адониса — я происходила и от моей матери, Руби, которая тоже была существом света. Я помнила её лёгкие прикосновения к моей коже, золото в её глазах, её поцелуи на моей щеке, когда она думала, что я сплю.
Волны смерти втягивались обратно в меня, отступая от горизонта. Я вернула свою магию в себя.
Мои огромные крылья взметнулись в воздух, и я опустилась на землю, чтобы встретиться лицом к лицу с Руаданом — моим возлюбленным и врагом.
Впервые с тех пор, как я встретила его, я обнаружила, что он полностью трансформировался. Чёрные кожаные крылья расправились за его спиной, а в глазах клубилась тьма. На его голове поблескивали два тёмных рога. Он был похож на мою кошмарную галлюцинацию — ту, в которой я представляла, как он пытается убить меня.
Он что-то держал в руках — сверкающую чашу. От неё веяло тёмной магией. От неё пахло миррой…
При виде того, как Руадан полностью преобразился, по моим венам пробежал холодок, и у меня перехватило дыхание. Низкое рычание задрожало у меня под кожей, затем усилилось и заурчало в животе. Инкуб в нём полностью вырвался наружу, и он жаждал крови. Фиолетовая магия потрескивала на его мускулистом теле.
Руадан в образе инкуба был удивительно красивым кошмаром. Какая-то часть моего мозга кричала мне бежать. Но его магия скользила по моему телу, и другая половина моего мозга хотела сделать шаг ближе к нему, насладиться его жуткой красотой, почувствовать его дыхание на своей шее. Руадан был чертовски опасен — охотник, который мог заманить тебя на верную смерть.