— А если я не справлюсь? — вдруг пришла мне в голову мысль, — что если я не одолею твоих противников?

— Конечно, не одолеешь, это факт! — развёл руки в стороны Туман, — но потрепать наверняка сможешь. Мне даже интересно, насколько далеко ты сумеешь зайти. Буду наблюдать за этим как за увлекательным фильмом. И даже болеть за тебя буду, за твой успех!

— Болеть? А помогать не собираешься? — усмехнулся я.

— Помогать? — поднял брови Туман, — ты предлагаешь мне сотрудничество? Что ж, я подумаю над этим.

Я понял, что попался. И как он сумел так повернуть разговор? Ведь вроде бы всё было просто, всё на поверхности, а я уже всерьёз начинаю думать, какое содействие он сможет мне оказать, если я схлестнусь ещё с кем-то!

Аватар Тумана вдруг сделал пару шагов в сторону и уселся на кучу трупов.

— Это тело слушается всё хуже и хуже. Удерживать его вертикально с таким количеством сломанных костей нелегко. Пускай сидит, я лучше сосредоточусь на мимике, чтобы наше общение было более тёплым и человечным, — сказал Туман.

— Тёплым? — я едва не рассмеялся, — ты тот ещё комик!

— Да, пошутить иногда тоже можно, — сказал Туман и вдруг широко открыл рот, потом закрыл и начал делать что-то вроде лицевой гимнастики.

Он старательно двигал челюстью, надувал щёки, напрягал и расслаблял все лицевые мышцы.

— Что происходит? — напрягся я.

— Всё в порядке, — прервал своё занятие Туман, — мышцы трупа начинают потихоньку закостеневать, нужно их размять, а то становится сложно разговаривать. Ну помнишь, про тёплое человечное общение и всё такое? — и сказав это, Туман снова принялся разминать лицо.

Усмехнувшись, я повернулся к Шторму и обомлел. Шторм стоял как статуя, глядя куда-то вдаль. Я перевёл взгляд на Петю, с ним было то же самое. Они оба производили впечатление кукол.

— Не волнуйся, — успокоив лицо, сказал Туман, — я их временно парализовал, потому что наш разговор должен быть конфиденциальным.

— Если с ними что-то случится… — начал я, переводя взгляд выше, где были остальные люди и Дракайна.

Оказалось, что и они тоже как будто окаменели. Я посмотрел на место, где находилась орда, и вдруг понял, что Титаны и черепахи тоже стоят неподвижно. Как будто весь мир вокруг нас остановился и только мы с Туманом продолжаем свою неспешную беседу. Это было жутко… и заставило меня сомневаться в реальности происходящего.

— Очень хочется спросить: «что тогда?», но я не буду, — сказал Туман, — не переживай, с ними всё будет в порядке. Я просто вывел их из игры, чтобы они не мешали нам беседовать. Наш разговор должен быть конфиденциальным. Никому не нужно знать, о чём мы с тобой договоримся.

— Я могу тебе ответить на вопрос «что тогда?», — сказал я, — тогда я убью тебя!

— Амбициозно, но не убедительно, — сказал Туман, — к тому же вредить им не в моих интересах. Это твой ресурс, а если уж ты будешь, пусть и невольно, играть на моей стороне, я не заинтересован в том, чтобы тебя ослаблять. Наоборот, ты должен быть могучим, чтобы остановить экспансию на город других Демиургов.

— А не боишься, что в процессе я прокачаюсь настолько, что потом приду и за тобой? — спросил я.

— Не боюсь, — сказал Туман, — в очередной раз повторяю, ты не можешь соперничать с Демиургами. И стать Демиургом ты не можешь, потому что это судьба, это данность! Твой уровень, это борьба с наёмниками, шестёрками, приобретённым ресурсом, но не с игроками.

— Всё меняется, — усмехнулся я.

— Не всё! — возразил Туман, — уровень игроков не меняется. Ты хорошая фигура, сильная, но только на своём уровне. На другой тебе никогда не перейти.

— Посмотрим! — спокойно сказал я.

— И смотреть нечего! — улыбнулся Туман, — к тому же ты не видишь всей картины, не понимаешь, какая игра и зачем идёт. Ты не знаешь ни целей партии, ни других игроков, ни даже их фигур на доске. Ты можешь видеть только то, что происходит на соседних клетках, а доска для игры очень большая, это тебе не шахматы. И она многоуровневая, три-де если хочешь. И Москва в этой игре важна, даже очень, но это только одна из целей, один из элементов, который просто может позволить занять более выигрышную позицию, улучшить своё положение. Но контроль над Москвой, это не победа, это просто ещё один ресурс. Очень важный, но один из многих.

— И какая же главная цель у этой игры? — спросил я.

— Прости, Алик, но это не твой уровень. Впрочем, догадаться несложно, цель любой игры, это победа. А победа даёт выигрыш. Что-то, чего у тебя раньше не было, что ты не контролировал, что тебе не принадлежало. Масштаб игры прямо зависит от размера приза, — сказал Туман.

— Так что же это за приз? — спросил я, — контроль над регионом? Над континентом? Над планетой? Вряд ли что-то крупнее!

— Открою тебе секрет, — после небольшой паузы сказал Туман, — в данном случае, именно в этой игре, дело не совсем в призе. Дело в процессе самой игры, в конкуренции. Если ты не будешь играть, то тебя просто раздавят, растопчут, уничтожат. Поэтому, если хочешь выжить, приходится принять эти правила и включаться в процесс. Выбора нет!