Шрифт:
Первым делом декан внимательно оглядел обоих мальчишек и заметил следы крови у них под носами.
— Ого! Это вы друг друга так поколотили или от перенапряжения после использования Дара?
— И так и так, — пожал плечами Арон.
— Ясно. Ну и как себя чувствуете? Помощь нужна? За лекарем посылать?
Только услышав отрицательный ответ и убедившись, что с семинаристами действительно всё в порядке, Скатон перевёл взгляд на Аисанну.
Наставница коротко рассказала о произошедшем.
— Ну и чем вы думали, господа аколиты? Значит, так: Белат начал, Арон ответил. Тут всё понятно. Но устав нарушили оба: один полез в драку с Даром, другой — с кулаками. Думаете, если у вас именитые предки или хорошие результаты на первых занятиях, это спасёт вас от наказания за нарушение устава Семинарии?
Ребята стояли, понурив головы. Даже Белат внимал словам декана.
— Благо хоть додумались устроить свару уже после церемонии посвящения. Сцепись вы до праздника, тут уже даже я ничего не смог бы сделать. Забыли бы про обучение на годик-другой.
Скатон прищурился, словно представляя себе эту картину.
— Отправили бы вас служками при Духовенстве, чтоб научились смирению, пока будете в библиотеке кипы пергамента, оставленные семинаристами после чтения, обратно по шкафам в алфавитном порядке раскладывать. Вот бы что пошло вам на пользу!
Арон неосознанно втянул голову в плечи. Особой вины он за собой не чувствовал — по сути, лишь защищался. Да вдобавок безо всякой магии. Но всё равно выволочка в самом начале обучения — это неприятно.
— После такого ученики становятся прям шёлковыми. А ещё начитанными. Со скуки-то не только читать начнёшь, а ещё и устав наизусть выучишь! Чтоб без проколов в следующий раз. Ну а сейчас… Даже не знаю, что с вами делать.
Скатон задумчиво почесал подбородок.
— О, кажется, придумал!
Декан расплылся в широкой ухмылке, явно не предвещавшей мальчишкам ничего хорошего.
— А направлю-ка я вас двоих в библиотеку, как только что и говорил. На днях, как раз помню, смотритель жаловался, что «часть древних текстов подверглась жестокому нападению бумажных клещей». И «по итогу этого неожиданного и, без сомнения, жестокого набега хитиновых варваров нескольким стопкам пергамента был нанесён катастрофический урон!»
При упоминании смотрителя Аисанна едва заметно вздрогнула и машинально одёрнула подол мантии. Арон покосился на наставницу, но та уже снова невозмутимо смотрела на Скатона.
Декан даже наигранно закатил глаза, пытаясь дословно вспомнить и повторить слова смотрителя библиотеки Семинарии.
— Вот и поможете, так сказать, минимизировать ущерб и воскресить испорченные записи. Вдохнёте в них новую жизнь, подарив им новые тела. В смысле, листы. Путём тщательного, точного и кропотливого переписывания!
Скатон улыбнулся ещё шире.
Арону нравился этот добродушный, жизнерадостный человек. Он явно любил и умел пошутить. Вот только задания он давал нешуточные.
Делал это он в своей манере. Беззлобно и жизнерадостно.
«Наверно, так и должно быть в приличном месте, — подумал Арон, старательно пряча наползающую на лицо улыбку. — Ну что же, посмотрим, что тут за библиотека».
Восьмой порт Небесных странников был возведён в Бреаре, в третьем году от Объединения. Работой руководил маг стихии земли Пилт из Физарской гильдии Мастеровых.
Строительство выполнялось строго по утверждённым Имперским советом чертежам. Толщина и высота стен, а также магически усиленная прочность строительных материалов соответствуют нормативам имперских военно-оборонительных крепостных сооружений.
Возведение заняло семь полных циклов, две седмицы и четыре дня. Таким образом, Бреарский воздушный порт готов к использованию по назначению с шестого дня второй седмицы третьего цикла сезона ветров.
На строительство потребовалось двести семьдесят четыре большие меры камня, сто сорок…
— Великий Ярис! Ну кому сейчас могут понадобиться эти знания спустя двести восемьдесят с лишним лет?!
Арон уже третий час подряд сидел на жёстком, безумно неудобном деревянном стуле и дословно переписывал скрипучим пером непростой для понимания текст.
Самое сложное было понять — за каким амари всё это нужно делать и кто вообще будет это читать?
— Небось, первым, кто в будущем прочтёт эту ахинею, будет такой же отбывающий наказание бедняга. И случится это примерно ещё через двести пятьдесят лет. Когда уже эти листы одряхлеют.