Шрифт:
– Смущение, силы сплетаются, нельзя ухватиться. Нечего использовать.
– Со дня гадания всё еще хуже, так?
– Точно, - согласился Мертвяк.
– Эброн тебе расскажет о сумасшедшем доме, который мы устроили в ночь гадания. Я клясться был готов: Худ ступил прямо в нашу комнату. Но правда в том, что Жнеца и близко не было. Его, так сказать, отбросило в другую сторону. А сейчас всё... пустое, искаженное. Ты берешься - оно сопротивляется, а потом вообще расползается.
Бутыл закивал ему: - Вот истинная причина, по которой Скрип так не хотел гадать. Его чтение подпитало силой то, что Икарий устроит несколько месяцев назад.
– Устроил?
– удивился Эброн.
– Что именно?
– Не уверен...
– Врун.
– Нет, Эброн. Я точно не уверен... но идея есть. Ты хочешь дослушать или нет?
Подошедший официант был стар как носки Худа; несколько мгновений они кричали трухлявому пню в ухо - без толку; потом Эброн нашел правильное решение, ткнув в блюдо Мертвяка и показав два пальца.
Когда старик уплелся, усердный словно слизняк, Бутыл продолжил: - Может быть, все не так плохо. Думаю, мы имеем здесь дело с наложением новой схемы на старую, привычную.
– Схемы? Какой схемы?
– Садки. Новая схема.
Мертвяк бросил последний шампур - полностью очищенный - на тарелку и склонился к ним: - Ты говоришь, Икарий пришел и сделал новый набор садков?
– Дожуй, прежде чем раскрывать рот. Прошу тебя. Да, это и есть моя идея. Говорю, игра Скрипача напиталась безумной силой. Все равно что пытаться гадать, сидя на животе у К'рула. Не совсем так, ведь новая схема садков еще молода, кровь свежа...
– Кровь?
– удивился Эброн.
– Какая такая кровь?
– Кровь Икария.
– Значит, он умер?
– Умер? Откуда мне знать? К'рул умер?
– Конечно, нет, - заверил Мертвяк.
– Если бы так, садки тоже умерли бы. Если верить во все твои теории насчет К'рула и садков...
– Теории верные. Так делали дела Старшие Боги - когда мы пользуемся магией, тянем кровь из К'рула.
Некоторое время все молчали. Официант показался, неся тяжелый поднос. Он двигался со всей скоростью океанского прилива.
– Итак, - сказал Эброн, когда поднос стукнул о стол и дрожащая рука разбросала блюда в случайном порядке, - все устаканится само собой. Да, Бутыл?
– Не знаю, - признался маг, наливая себе вина. Официант шаркал ногами, отходя от столика.
– Нам, может быть, придется исследовать.
– Что?
– Новые садки, вот что.
– Как они могут быть различными?
– спросил Эброн.
– Именно тот факт, что они почти такие же, породил путаницу. Если бы они были совсем иными, беды не было бы.
– Это мысль. Ну, поглядим, сможем ли мы подтолкнуть их, чтобы наложение улучшилось.
Мертвяк фыркнул: - Бутыл, мы взводные маги. Худа ради! Мы похожи на мошек среди стада бхедринов - а ты намекаешь, что мы должны пойти и развернуть стадо. Такого не будет. Думаю, надо привлечь Быстрого Бена, может, даже Синн...
– Даже не думай, - выпучил глаза Эброн.
– Не подпускай ее и близко, Бутыл. До сих пор не верю: Адъюнкт сделала ее Верховной Колдуньей!
– Ну и хорошо, - брякнул Мертвяк.
– Она немая. Первая Верховная Колдунья в истории, которая не будет брюзжать.
– Тогда Быстрого Бена.
– Он побрюзжит за двоих, - кивнул Мертвяк.
– А он крутой?
– спросил Эброн Бутыла.
– Бен? Ну, он расквасил нос дракону.
– Настоящему дракону или Солтейкену?
– Разницы нет, Эброн. Ты их на взгляд не отличишь. Узнаешь Солтейкена, когда он перетечет. И потом, не забывай - он посрамил эдурских магов, когда мы покидали Семиградье.
– Это была иллюзия.
– Эброн, я там был, причем ближе, чем ты. Точно, иллюзия... но может, и не иллюзия.
– Он помедлил.
– Еще одна тема для размышлений. Местные маги. Они пользовались сырой силой, почти чистым Хаосом. Никаких садков. Но теперь садки тут есть. Местным магам пришлось куда хуже.
– Но мне всё еще не по сердцу идея общего ритуала, - заявил Мертвяк.
– Когда ты попадаешь в осаду, ты не высовываешь голову над крепостной стеной, так? Разве что если захотел брови из перьев.
– Ну, Скрипач ведь устроил чтение и никто не умер...
– Чепуха. Целый дом обрушился!
– Ничего особенного, Эброн. Весь город стоит на трясине.
– Люди умирают, вот что я тебе хочу сказать. Если тебе мало - есть свидетели, говорящие, что из развалин вылетели два дракона.
– Он даже пригнул голову, принявшись озираться: - Не люблю драконов. Не люблю мест, где драконы то и дело появляются. Скажем, мы начали какой-то ритуал, а с неба падают пятьдесят драконов, причем прямо на нас. Что тогда?